Книга Взгляд хищника, страница 163 – Оксана Заугольная

Во рту у Полины пересохло, она сглотнула и молча кивнула. А потом осторожно коснулась пальцами горящей щеки. Больно.

– Я хотел, чтобы ты признала вину, – продолжил Влад, когда решил, что она его слушает. Он снова начал повышать голос, эмоции прорывались, но глаза смотрели равнодушно, словно его не трогало то, что он говорил. – Хотел, чтобы ты поняла, как мне было больно. Меня пытались убедить, что это я виноват в смерти Лины, и я почти поверил, но потом я осознал, кто на самом деле виноват.

Он наклонился ближе к Полине, отчего она дёрнулась, и доверительно шепнул:

– А я ведь чуть было не наложил на себя руки, думая, что это моя вина. Но оказалось, что всё вовсе не так!

Он погладил Полину по руке, и она разрыдалась. Громко, не в силах сдерживать этот плач-крик в себе. Она держалась весь день, хвалила себя за это, была молодцом и ждала освобождения. Но что, если это невозможно? Ей казалось, будто каждая косточка в её теле рассыпалась под этим мягким прикосновением Влада, и её руки и ноги безвольно повисли на ниточках.

– Я… я признаю, – всхлипывая, прорыдала она. – Я виновата. Всё из-за меня!

Она неловко заворочалась на кровати, переваливаясь с бока на колени. И вот так на коленях подползла ближе к Владу.

– Я признаю, – снова всхлипнула она. – Что ещё ты хочешь от меня? Что?!

– Теперь всё иначе. – Влад усмехнулся и погладил её по щеке, которую от этого лёгкого прикосновения снова обожгло, как от удара. Полина прикрыла глаза, чтобы не видеть больше его лица. Его нежные прикосновения заставили её вздрагивать, как от боли. – Я теперь не могу отказаться от тебя. Ты ведь и сама это понимаешь.

Влад долго объяснял, что он мог уйти раньше. До переезда в Вейск. Или оставить её здесь, в чужом городе с долгами и неумением выходить на улицу. Но он так привык к её покорному телу, её предсказуемости и любящему взгляду, так привык к тому, что он может контролировать каждое её движение…

– Это похлеще любого алкоголя, Лина, – произнёс он, поглаживая её губы подушечками пальцев. – Всё становится другим. Да и в день нашего знакомства… самого первого… совсем немного, это не снижало мою реакцию, что бы там ни писали!

Он сильнее надавил на её нижнюю губу, но тотчас отпустил.

– Твоя покорность куда сильнее опьяняет, – пояснил он. – И контроль. Ничего не может быть лучше абсолютного контроля. А теперь я заполучу вас двоих. Ты будешь делать всё, что я потребую, чтобы сохранить жизнь и здоровье ребёнка, верно, дорогая?

Он наклонился ещё ниже и коснулся дыханием её приоткрытых губ.

– Я изучил тебя за эти годы, – шепнул он. – Я даже рад, что больше не нужно притворяться. Теперь нам станет ещё веселее.

Полина не ответила и не сжала губы, когда Влад лизнул нижнюю, пострадавшую от его руки. Полина была слишком занята тем, чтобы не позволить себе сжать руки в кулаки. Влад был прав.

Она сделает всё, чтобы сохранить жизнь и здоровье своего ребёнка.

– Ты должна помнить, что теперь только от тебя зависит, пострадает кто-то или нет, – напомнил Влад, наблюдая, как она осторожно накладывает макияж. Вопреки его обещаниям, оплеуха не прошла за полтора дня. Впрочем, виноватым он не выглядел.

– Я помню. – Полина смотрела в зеркало только на себя. Она сможет. У неё всё получится. Хорошо, что она не начала искать билеты с компьютера, словно её уберёг ангел-хранитель. Словно он устыдился того, что не уберёг раньше.