Онлайн книга «Осьминог. Смерть знает твое имя. Омнибус»
|
– Какая ужасная история… – Ясуда-сан из библиотеки помогла мне ее найти, она очень удивилась, что я интересуюсь такими вещами, я ведь легкомысленная. Наш маленький остров хранит много ужасных историй, амэрика-дзин-сан. – Думаете, Камата-сан интересуется подобным? – Он же твой друг, тебе лучше знать, чем он интересуется, разве нет? – Ну я не знаю… – Александр подумал немного. – Может быть, он все-таки писатель? Собирает материал для книги, а сам делает вид, что не при делах. – Ага, прямо как Каору Китамура или Юкито Аяцудзи![198]– Кими рассмеялась. – Уж конечно! Они свернули на узкую, крытую пластиковым навесом улочку. Кими шла рядом, обхватив себя руками за плечи и низко опустив голову. Ее каблуки негромко стучали по асфальту. – Как раз после великого землетрясения в Канто у нас в святилище появилась статуя Хатимана, которого все называют Хатиман-рыбак, потому что он держит в руке большого тунца. Говорят, от его родного храма тогда ничего не осталось: опоры и стены рухнули, а вода унесла все обломки и священные предметы, даже фигурки комаину, которые стояли у входа, потом так и не нашли, а Хатиман-рыбак остался невредимым, ни одного скола на нем не было, – наверное, тот чиновник, который согласился его отдать, был не очень-то суеверным. – А вы сами в это верите, Араи-сан? – А? – Она остановилась, прислонилась спиной к стене дома и запрокинула голову. Ее лоб и щеки искрились мелкими капельками влаги. – Во что именно? – Что, если бы эти люди добежали до статуи Хатимана-рыбака, то есть если бы он был там, они бы остались живы? Верите в это? Кими пожала плечами: – Когда я была маленькая, я очень боялась тайфунов – мне все казалось, что сильный ливень может смыть меня и унести в море, как какую-нибудь веточку или сухой лист. Мама рассказывала, что один раз вечером я не вернулась домой из школы, и она искала меня по всему острову. – Голос Кими стал тише, и Александр наклонился к ней, чтобы расслышать слова, смешивавшиеся с шорохом дождя по навесу. – Она нашла меня возле статуи Хатимана, от усталости я уснула прямо у его ног, положив голову на чашу для пожертвований. Мама говорила, Хатиман-сама снял с головы свою треугольную каменную шляпу и держал ее надо мной, как зонт. – Она взяла Александра за руку, которой он держал над головой зонт. – А ты в это веришь, амэрика-дзин-сан? – Я даже не знаю… От Кими пахло морем – или, может быть, просто сильный ветер накануне унес вонь гниющих водорослей, моллюсков и рыбы, оставив в воздухе только свежий запах морской воды. – Про этого Хатимана рассказывают много историй, – сказала Кими. – Будто бы он приводит домой потерявшихся детей и спасает рыбаков, которые заблудились в море: появляется перед их лодками, держа в руке вместо рыбы керосиновый фонарь, раскачивающийся от ветра. – Она покачала головой из стороны в сторону, и ее распущенные, еще не просохшие с вечера волосы тоже качнулись в воздухе. – Вот только мужа Мацуи-сан он почему-то тогда не спас. – Давно это было? – Давно… Плащ девушки был распахнут, и Александр смотрел, как ее маленькая грудь поднимается и опускается под влажной тканью блузки. Она дышала глубоко, как будто недолгая ходьба ее утомила. – Лет пять или шесть назад, мы с Момоэ тогда еще совсем девчонками были: помню, на похоронах она показывала мне записки, которыми под прилавком обменивалась со своим парнем, пока хозяйка магазина не видела, и мы хихикали, когда урну с прахом опускали в могилу. До сих пор стыдно смотреть в глаза Мацуи-сан – она так плакала на похоронах своего Рику, да и сейчас, стоит ей о нем вспомнить, глаза у нее сразу на мокром месте. Послезавтра, кстати, должна быть годовщина: Мацуи-сана в среду похоронили, об этом потом много было разговоров – рыбака, утонувшего в море, похоронили в день воды[199]. Слушай, амэрика-дзин-сан, – Кими слегка сжала пальцы у него на запястье, – считается, что в дни от своей смерти до похорон покойник может вернуться на землю в виде призрака и наказать того, кто нанес ему обиду. Ты не боишься? |