Онлайн книга «Маскарад Мормо»
|
Котова отпрянула. Её лицо исказилось в такой странной гримасе, что на миг Ляля перестала походить сама на себя. В банном зале повисла тишина. И только медные краны капали до нелепого громко. Кап-кап. Кап. Кап-кап. Это было неправильно – так говорить. Мирославу Котову тоже досталось. Дёрганый, хромающий мальчишка стал посмешищем. И Ляля оберегала его как могла. Но всё же ничего не могла с этим поделать.Вот только Мирослав был хотя бы жив. – Но это не её брат, Елена, – вдруг подала голос Лисова. Проклятая Малина! – А твой. И нам очень жаль. Правда жаль. Ты имеешь право на скорбь. На злость. Но… Елена нехотя перевела на неё взгляд, чувствуя новый прилив злобного отчаяния. Одного вида веснушчатого бледного лисовского лица, её мерзких жидких тёмно-рыжих волос было достаточно, чтобы захотеть ей как следует врезать. Лисовой было жаль? Какая нелепая ложь! Малине было плевать, как и всему её проклятому семейству. – Она права, – сказала Быкова. И Елена едва не закатила глаза. – И Ляля права. – Ратмира расправила плечи. – Твоё время вышло. Твоё поведение слишком приметно, не говоря о том, что просто опасно. Для всех остальных. Но и для тебя. – Они правы, – поддакнула Алина, впервые за вечер отрываясь от своих чёртовых ягод. Елена стиснула зубы. Самым паршивым в происходящем было то, что все они были правы. Но всё же они не понимали. Солнцев-младший – они же его предали. Родители, Лисовы, весь город. И Лада. Она тоже его предала. И теперь женский круг – опора, поддержка – вынуждал Елену поступить точно так же. Отпустить, заткнуться и предать. Потому что так было правильно, потому что она подставит всех остальных, если не сделает этого. – Ладно, – сказала она, сжимая рукоять ковша. – Хорошо. По залу покатился едва слышный вздох облегчения. И Елена всё же закатила глаза. Но, поймав предостерегающий взгляд Котовой, нехотя придала лицу нейтральное выражение. В конце концов, в одном Елена была с ней согласна – стоит научиться сдержанности. Она больше не могла позволить себе детские выходки. Елена переступила бортики глубокой купели. Кожа покрылась мурашками, стоило ногам погрузиться в остывшую воду. Она, доходящая Елене почти до пояса, надула подол нижней сорочки, будто колдовской ветер – парус летучего корабля. Лада, Ратмира, Ляля, проклятая Лисова и кузина-Алина, взявшись за руки, обступили купель хороводом. Они стояли на широком каменном бортике, и Елена старалась не смотреть на их распаренные, сморщенные от влаги ступни. Её «названые сёстры», её женский круг, затянули тихую песню, и Елена послушно занесла опустошённый наполовину ковш над головой. – Пусть скорбь покинет тебя, – пели они. – Пусть. Пусть. Рука с ковшом дрогнула, но Елена заставила себя наклонить его. Первыетёплые капли упали на макушку. – Пусть ты простишь себя. – Пусть. – Пусть. «Я никогда себя не прощу», – подумала она, и вода сплошным потоком обрушилась на голову. – Пусть мальчик отпустит тебя. – Пусть. – Пусть. Мальчик. Они больше не произносили его имени. Елена зажмурилась, чувствуя, как слёзы обжигают глаза. Вода быстро смыла их со щёк и ресниц. * * * Утрата – это… сложно. Эта мысль крутилась у Елены в голове постоянно. Когда она выбиралась за покупками с матерью и служанкой. Когда летала на воздушных судах. Когда молча поглощала еду на семейных ужинах. Когда сидела в комнате, бездумно пялясь в стену – всё ещё белую. |