Онлайн книга «Маскарад Мормо»
|
Солнцева пнула ножку кровати. Та была крепкой, та повидала уже немало истерик. И только едва заметно дрогнули четыре столба, держащие балдахин. Она сорвала покрывало и швырнула на пол, взмахом руки заставила накрениться книжный стеллаж. Фолианты, древние и толстые, посыпались на пол. – Почему? Солнцева сорвала с себя маску и швырнула на стол. Прохладный воздух лизнул обнажившуюся тонкую, изувеченную кожу. Солнцева рухнула на кровать и уставилась в переливающуюся звёздную вышивку на изнанке балдахина. Почему волшба её так ненавидела? Она подняла руки и уставилась на ладони. Она не понимала, что с ними было не так. Что не так было с ней самой. Волшба брата казалась чудесной. Солнцев-младший был таким сильным, творил такие вещи, которые до сих пор ей самой и не снились. Он умел перекидываться в собаку. Он умел поднимать мертвецов – пока только крыс или другое мелкое зверьё. И всё же… Он умел видеть блуждающие огоньки. Она гордилась им. И ужасно завидовала. «А вы знали, что у полкана два сердца? – мог сказать он вдругмежду делом, отрываясь от очередной книги. Он так много читал… – Одно в человеческой части тела, а другое в лошадиной. Если перестанет работать одно, он всё ещё не умрёт». Солнцев-младший, вероятно, забрал всё благословение предков. Не оставил старшим сёстрам ни капли. «Раньше все книги оборачивали кожей идропости[8]. – Голова младшего брата вмещала, казалось, всю библиотеку целиком. – И потому их осталось так мало, что теперь их найти можно только на уровне заповедника, в подвале “Веди”». Солнцева уронила руки на перину. Распласталась на кровати, будто звезда. Лёгкое дыхание ветра из окна ласково касалось оголённой кожи лица. Нет, не лица. Того, что было вместо него. Отец с дедом считали слабой и Ладу. Волхование той давалось не многим лучше, чем младшей сестре. Но у Лады всегда было славно с психургией – ясновидением, гипнозом, чтением мыслей. Слабое утешение для их семьи, но у Солнцевой не было и этого. Их отец был целителем. Хорошим, если судить по обилию драгоценностей у матери на шее. Такие красивые, они почему-то всё равно всегда казались Солнцевой удавкой. Дед тоже был целителем. И прадед. Солнцева разглядывала изнанку белого полога. За всю свою жизнь ей удалось повидать только такие звёзды – ненастоящие, вышитые на балдахине кровати, или чёрные, графичные – на иллюстрациях в трактате Валтасара Бесова «О небе и его светилах». И никогда – настоящие. Серебряная вышивка на белом бархате в полумраке спальни казалась тёмными горошинами, хаотично рассыпанными по ткани. И Солнцева таращилась на них, будто заговорённая, почти и не моргая. Мать тоже посещала слушательницей базовый целительский курс «Веди». Её отец был прогрессивных взглядов – учёным, артефактором. Девиц в Высших Науках было мало – только самые сильные ведьмы. Крипта уважала сильных, сполна одарённых волшбой, а потому скрывать от «Веди» могущественных ведуний воспрещалось. Они должны были обучаться, отдать себя подземному городу, служить ему. Но мать Солнцевой сильной никогда не была… А всё равно её отправили осваивать мастерство. Солнцева всегда думала, что Лада с её острым языком и крутым нравом пошла именно в него – деда по материнской линии, Бориса Волкова. Тот, вероятно, мечтал о многом для своей дочери, желал ей незаурядного будущего. Но Веселина просто… влюбилась в сокурсника. Стала такойже, как и все остальные женщины Крипты. Веселина Волкова не проработала ни дня, оказавшись замужем раньше, чем закончился её первый год обучения. И ушла из «Веди». |