Книга Маскарад Мормо, страница 264 – Мария Понизовская

– Он выбрал его не потому, что он был так уж сильно пропитан остаточным следом волшбы. – Ирия улыбался, всё шире и шире. – А потому что ему понравилась девица, на которой его жертва был женат. Полунин получил своё лицо. И вероятно, что-то с ним сделал, потому что обычно мы не выглядим идентичными копиями наших отступников из верхнего города. Мы похожи на них, да. Но не настолько, чтобы кто-то мог принять нас за них. А знаешь, что он сделал потом, милая?

Елена зажмурилась, не желая слышать то, что он скажет дальше. Если бы она могла, то заткнула бы уши. И плевать на пляску, плевать на позор. Она была так напугана, что собственное тело не слушалось. И они с Лисовым продолжали кружить по центру приёмных палат.

– Потом он тайком поднимался на Поверхность, – весело проговорил Ирия. – И притворялся её мужем. Но видимо, она, в конце концов, что-то поняла. Потому что Полунин стал закупать нити-путанники мыслей. Огромными мешками. Знаешь, у кого? О, тебе понравится! У Котовых. Они были мелкими аптекарями, ты знала? Почти ничего незаконного. И вот однажды… отец твоего грязногоуродца – Милан Котов – проследил за Полуниным. А потом стал его шантажировать. Он хотел его сестру в обмен на молчание. Сказал, что донесёт ягинцам, если Полунин не уговорит семью выдать ту за Котова. Оно и понятно. Кто такие были Котовы, а кто – Полунины.

У Елены кружилась голова. Она не чувствовала опоры под ногами. И не понимала, каким вообще образом продолжает плясать.

– Его семья не согласилась, как ты понимаешь, – продолжал нашёптывать Лисов. – Они едва не выдали её замуж. За другого, конечно. И тогда Милан Котов их всех подставил. Полунина – Алексея, он взял себе даже имя, как у отступника, какая же мерзость – лишили лица. А его семью сослали в Трущобы. Всех до единого. Кроме сестры.

Лисов улыбнулся, обнажив зубы. И Елене на миг показалось, что их у него во рту больше, чем должно быть.

– Его чудесная красивая сестра, – Ирия притворно скорбно вздохнул. – Котов потребовал её у моего деда в награду «за бдительность». И Татимир поженил их. Вот такая красивая история любви. Тебе понравилось, Елена?

«Он лжёт, – промелькнуло у неё в голове. – Он просто лжёт. Лисовы всегда лгут».

Солнцева почти нашла в себе силы, чтобы именно это ему и сказать. Как вдруг заторможенный мозг выхватил из памяти недавно произнесённое имя. Имя, от которого у неё перехватило дыхание, прежде чем она осознала этому причину. «Алексей? – судорожно размышляла она. – Он сказал “Алексей”?» Она вдруг вспомнила тёмные пятна, вставшие перед глазами, ощущение удавки на шее, когда в приступе безумия пыталась убить Котова. А потом… потом, когда пыталась убить Диля.

Это ведь не могло быть совпадением.

Это не было совпадением.

Елена согнулась пополам. И её вырвало.

– Ого! – весело воскликнул Лисов, не давая ей полноценно остановить пляску. – Настолько понравилось, а, Солнцева? Ничего, я согласен с этой реакцией.

Она едва могла дышать, пытаясь откашляться. Бок нестерпимо кололо. И стоило ей снова это почувствовать, как весь мир разом обрушился на неё. Быстрая и громкая трель балалаек, бой барабанов и звон бубнов. Ноги ныли, голову будто зажали в тиски. Красок вокруг было слишком много, слишком ярких и очень контрастных.

«Я сейчас потеряю сознание», – в панике подумала она.