Онлайн книга «Маскарад Мормо»
|
– Если ты мне не поможешь, – прошипела она, снова поворачивая голову к служке. – Я всё ра-равно отсюда выберусь, Дара. Даже если придётся ле-езть че-через грёбаное окно! – Госпожа… – И лучше от этого ни-никому не станет, – перебила Солнцева, а затем рявкнула: – Снимай одежду! – Госпожа? – Служанка побледнела так сильно, что на мгновение Солнцевой даже стало её жаль. Но она всё равно упрямо скрестила руки на груди, окинув Дару свирепым взглядом. – Дай мне свою одежду, – вкрадчиво прошептала Елена. – Или я заберу её са-сама! Служка попятилась. Солнцева вздохнула и на миг прикрыла глаза. Видит Крипта, она вовсе не хотела причинять Даре вред. Она не как Лисов. Она не как Светозар. Но… Елена сделала два торопливых шага в её сторону, когда комнату огласила холодная трель почтового колокольчика. И этот звук – знакомый, такой обыденный – заставил на миг ноги прирасти к полу. «Неужели?..» Солнцева медленно обернулась. – Г-госпожа… – начала было Дара. – Стой на месте! – велела она, бросив на служку испепеляющий взгляд. И кинулась в другой конец комнаты. Створки окна скрипнули, распахнувшись, и врезались в стены. Комнату огласило дребезжание стекла. Елена схватила тубус и развинтила его в ту же секунду. Как же сильно тряслись её руки! Почерк, змеящийся по жёлтой, тонкой бумаге, не принадлежал Мирославу. И от разочарования у Солнцевой перехватило горло. Но она всё равно заставила себя прочитать ровные, аккуратный строчки: «Во славу Предкам, Елена. Поздравляю тебя с радостной вестью. Чревоблагие Лады, да будет здоров её плод. Мы собираем женский круг, чтобы проводить в новую жизнь твою сестру. Он будет в центральной купели. Сегодня в час пополудни. Прошу, загляни прежде ко мне на пару слов. Потом можем вместе пойти в купель. Буду ждать тебя в половине первого в лавке. Ляля». Солнцева прикрыла глаза, на миг позабыв и о Полунине, и о Диле. Проводы женского круга – обязательный обряд. Она должна была собрать их сама. Ведь она сестра Лады. Ком стал поперёк горла, и Елена аккуратно свернула записку. И положила на стол. – Мой же-енский круг собирается, – упавшим голосом сообщила она. – По случаю Чре-евоблагия Лады. Окно само собой закрылось с тихим щелчком. Солнцева присела на краешек кресла и подняла взгляд на Дару. Лишь когда их глаза встретились, вжавшаяся в дверь служанка неуверенно пробормотала: – Да, но ваш отец… – Не смеет мешать собраниям женского круга! – ощетинилась Елена, вновь оказываясь на ногах. – Никто не-не смеет мешать. Таков наказ п-предков. – Но они должны сперва уведомить вашего отца… – У меня нет времени на эту чушь, Дара, – процедила Солнцева. – Дай мне свою одежду. И не выходи из комнаты, пока я не вернусь, поняла? – Но… – Я со всем разберусь! Она спешно подняла с пола кафтан и бросила его на кровать. Сорвала низкий домашний кокошник с головы и выжидающе уставилась на Дару. Помешкав пару секунд, та вздохнула. И принялась послушно развязывать пояс сарафана. Они переодевались в молчании. И тишину комнаты тревожило лишь назойливое тиканье часов. Тик-так. Тик-так. Да скрежет летучих кораблей за окном. Солнцева стояла перед зеркалом, поправляя на голове серую кичку с крошечными рожками, не чета тому, что вчера носила Лада – когда до её ушей снова донёсся холодный звон колокольчика. Она настороженно повернулась на его зов, быстро прикидывая, ждала ли Ляля ответ? А потом открыла окно и поймала капсулу пневмопочты. Внутри оказался клочок бумаги – с неровными рваными краями, даже не свёрнутый. На нём было всего два слова – они заставили Елену нахмуриться: |