Онлайн книга «Месть Осени»
|
Вера Царёва, 00:12 И умирать ты не боишься? Аскольд Мирин, 00:12 Все боятся. Я положила телефон на живот и уставилась в темноту. Прочти кто этот диалог, покрутил бы пальцем у виска. Я бы и сама покрутила некоторое время назад. Не будь Аскольд тем, кто вот уже как два часа значился у меня в голове под знаком «План Б». А может быть, и «А»… Я снова включила экран. Аскольд Мирин, 00:15 Надо ли мне говорить, что ты ни в чем не будешь нуждаться? Вера Царёва, 00:15 А, так теперь ты предлагаешь мне деньги за свое убийство? Он замолчал. Кружочек рядом с именем «Аскольд Мирин» горел зеленым, но строчка «Аскольд печатает» пропала. Я подождала с минуту. Похоже, отвечать он не собирался. Ну и ладно. Я выключила экран. Закрыла глаза, даже не надеясь, что усну. Антон и Ромашка сидели внизу и тихо о чем-то беседовали. Милана хныкала. В кои-то веки я осталась одна. Могла спокойно подумать о том, что произошло, и о том, что я собиралась сделать. Интересно, давно Антон знает, что Зимняя Дева должна убить? Как он только не боится оставлять меня рядом с Миланой… Я натянула одеяло до самого носа. Интересно, каково это – убить человека? Антон говорил, убийство ломает. Еще бы. Я до сих пор помнила, как угасала жизнь в глазах Тёмы, с какой надеждой он смотрел на меня и как мне хотелось его коснуться. Я закрыла глаза, попыталась расслабить тело. Аскольд совсем сошел с ума, если думает, что я свяжу с ним пару лет жизни, а потом остановлю сердце. Это как задушить собственного котенка… Свернувшись под одеялом, я обняла колени. Может, просто меряет по себе. Ему-то ничего не стоит убить. Одно слово – чернушник. Хотя чем я лучше? Не просто так же вскинула сегодня руку к груди этого мужчины. Интересно, Аскольд захочет, чтобы я и за его могилой потом ухаживала? Хотя какая могила – если все пойдет, как он планирует, вместо могилы будет ледяная гладь Озера… Я сама не заметила, как провалилась в сон. Глава 16 Кто-то крепко взял меня за плечо, и я проснулась. Перед кроватью на корточках сидел Антон. Рассвет только занимался, и в сумерках тени на его лице казались голубовато-серыми. – Что? – тихо спросила я. – Милана заболела, – так же тихо ответил он. – Скоро выезжаем. Я повернулась. В дальнем углу кровати, укрытая розовым одеяльцем, посапывала Милана. Она лежала без подушки, разметав руки и ноги, в серебристом свете нежно блестели завивающиеся кудри. Ромашка спал в кресле у камина с тлеющими дровами. Антон, похоже, вообще не ложился. – Пойдем. – Он поднялся и бесшумно двинулся к лестнице. – Хочу тебе кое-что показать, пока есть время. Пришлось несколько раз провести ладонями по лицу, чтобы заставить себя проснуться. Надо будет лечь дома хоть на пару часов… – Вера, – шепотом позвал Антон. Двадцать два года уже Вера. Натянув кроссовки, я поплелась за ним. Одеяло накинула сверху, как плащ. На кухне было так холодно, что из губ вырывалось белесое облачко. Я закуталась плотнее, но это не помогло. Антон по-прежнему был в тонком черном свитере. Как ему не холодно? За окном поднимался непроницаемый туман. Пахло морозом и остывшим жилищем. По ногам сквозило – видно, неплотно прикрыли дверь. Я остановилась посреди кухни и снова потерла щеки. Ощущение было такое, будто я проспала минут пять, да и те – в холодильнике. |