Книга Месть Осени, страница 25 – Надя Хедвиг

В ушах шумело, я почти ничего не слышала. Улица тонула в завываниях проезжающих машин и поднявшегося ветра. Надо было убираться отсюда, пока не появился Лёша.

Дождь лил уже вовсю, стекал за шиворот и в неплотно запахнутое пальто. Я поднялась, мысленно ругая себя за оставленный дома зонтик. Тут за спиной пронзительно засигналил автомобиль.

У студии стоял черный «Майбах». И сидел в нем не кто иной, как его чернейшество Аскольд Мирин. Он-то что здесь забыл?

Я решительно зашагала к машине.

– Что вы здесь делаете? – бросила я как обвинение, едва стекло опустилось.

– Вы не отправили мне текст, – тщательно проговаривая каждое слово, ответил Аскольд. Черные глаза жгли насквозь.

Я провела рукой по лицу, стирая влагу. Какая отвратительная погода.

И какой отвратительный тип.

– Как вы меня вообще нашли?

– Для меня не проблема найти любого человека в этом городе, – самодовольно отозвался он.

– С чем вас и поздравляю.

Я хотела уйти, но вдруг увидела Лёшу. Он стоял на крыльце студии, уткнувшись в телефон, и сосредоточенно набирал текст. Даже издалека были видны следы пощечин на гладко выбритых щеках и белый воротничок рубашки под синей курткой. Ладони у меня тут же отозвались ноющей болью.

Хрен с тобой.

Я обогнула круглый зад «Майбаха» и с размаху приземлилась на сиденье, забрызгав коврик под ногами. Темно-бурые кляксы укоризненно смотрели на меня с нежно-кремовой кожи. Никогда не видела, чтобы коврик в машине был того же цвета, что и обивка.

Выудив из рюкзака зонтик, Лёша поспешил в противоположную от студии сторону. Пока его силуэт медленно расплывался в тумане, из моих рук уходил холод, оставляя ощущение пустоты. Я хотела было обрадоваться, но пальцы дернуло. Потом еще раз. И еще. Проклятье! Я зажала кисти между коленями. Больше года такого не было.

Аскольд прищурился, всматриваясь в удаляющуюся Лёшину спину, и вдруг удивленно выгнул бровь. Я сглотнула, молясь про себя, чтобы он не увидел в своем внутреннем телевизоре, что нас связывало. Вроде обошлось: мельком глянув на мои руки, Аскольд включил отопление, но ничего не сказал.

– Мне не холодно, – отстраненно сказала я.

Он так же молча вернул колесико к отметке «ноль».

Я пыталась составить хоть сколько-нибудь приемлемый план, но голова была пустой. К вискам начали подбираться крошечные молоточки, постукивающие изнутри.

– Я весь внимание, – сообщил Аскольд, расправляя рукава пиджака.

Даже Лестер не говорил «Я весь внимание».

Чтобы унять дрожь в пальцах, я попыталась сосредоточиться на чем-то другом и принялась разглядывать его одежду. Под черным пиджаком скрывалась такая же черная рубашка, расстегнутая на пару верхних пуговиц. Даже пряжка ремня у него была черной.

Я стянула резинку с волос, надеясь, что это ослабит давление.

– Вы за мной следили?

– Я за вами следил? – переспросил Аскольд. В голосе его прорезалось раздражение.

– Вы знаете, где я живу.

– По-вашему, я провел весь день, наблюдая за вашими окнами? – Черные глаза разглядывали меня в упор, и никакого дружелюбия в них не было. На подлокотнике завибрировал тонкий мобильник. Аскольд выключил его. – Я же сказал: мне не нужен навигатор, ваш адрес, ваши данные, ваша кровь, чтобы всегда, в любой момент дня и ночи, узнать, где вы находитесь.

Какой же он нудный.