Книга Другое настоящее, страница 46 – Саша Степанова

Отец Саввы неслышно поднимается с коленей. Он одет в черное, поэтому я не заметила его сразу. Там, где он только что сидел, расстелен коврик – из того же источника, где хранятся дюраль и гровер, в мозг поступает словечко «пенка». На газоне появился еще один домовой, однако из-за отца Саввы я не могу подойти и рассмотреть его.

Мы стоим так совсем недолго, но именно тогда на нас опускается дождь.

– Ты откуда такая, – недоумевает Маша. Жалюзи в «Печатной» опущены, свет не горит, но рядом с ее столом теплится торшер, а над стойкой Саввы включена настольная лампа. Самого его нигде не видно.

– Дождь, – говорю.

– Серьезно?

Я стягиваю с нее наушники и вздеваю палец вверх, предлагая послушать – дождь. Дождь же.

– Блин, я без зонта.

– Я тоже!

Из дверей появляется отец Саввы, с его иконописной бороды капает вода. Если он скажет,что мне нужно посетить чтения Библии, я пойду.

– Дождь. – Он скрывается в подсобке и шелестит там верхней одеждой. – Откуда он взялся?

– Хорошо бы погреться! – кричит ему Маша и заговорщически мне подмигивает. Похоже, на нее он не действует так, как на меня.

– Есть немного портвейна. Здесь все совершеннолетние?

Маша усердно кивает. Перед нами появляются три пузатых стопки – они просто огромные, я никогда еще не пила портвейн и представляю сорокаградусное адовое пойло из «Праздничного», но то, что разливает отец Саввы, золотится на просвет и совсем нестрашно пахнет.

– Это тауни, – заметив мои опасения, говорит отец Саввы. – Португальский. Пробуйте.

Португальский тауни неуместен здесь так же, как и я. Случайный гость. Тот самый, для которого в сочельник на праздничный стол ставят лишний прибор. То ли заблудившийся путник, то ли почивший член семьи. Я, скорее, почивший, а он просто заблудился. Должен был оказаться в Вильнюсе или в Праге, а вместо этого проливается в стопки студентов шараги в Красном Коммунаре. Все равно, что поступить в Вышку, а учиться в профессиональном коллежде №3. Ездить на машине, которая горит. Или записывать подкаст про убийцу. Фальшивый друг под улыбчивой маской.

– С богом, – говорит отец Саввы.

– С богом! – подхватывает Маша.

Я делаю глоток молча. Это вкусно: крепче вина, но не обжигающе. Будто глотнула солнечных лучей.

– Не смотри на него так.

– Извини, что? – Я моргаю, понимая, что уставилась на подсобку.

– Просто не смотри, – усмехается она в монитор включенного ноутбука. – Ты уже нашла место для распродажи?

– Да. – Чтобы поскорее прийти в себя, я растираю мочки ушей. Совсем не заметила, как он ушел. Несколько секунд просто выпали из памяти. – Джон предложил свой гараж, и я согласилась. Понятия не имею, где взять рейлы для одежды. Нужно штуки четыре, не меньше. Я бы не смогла увезти их из Москвы. У тебя, случайно, нет?

– Не-а. А правда, что ты ездила в Москву с Прелей?

Киваю. На языке все еще тает вкус солнца.

– А где вы там ночевали?

– В хостеле, – говорю я, не чуя подвоха. Только пытаюсь понять, откуда здесь всем все становится известно даже раньше, чем произойдет. В уголках Машиных губ мгновенно появляются жесткие складки. Ответ неверный, Майя, садись. Два.

– Ты уж определись, ладно?Пока что это выглядит так, как будто ты пытаешься всем понравиться. Вроде тусишь с Джоном, но приходишь сюда, Прелю в столицу отвозишь. Спишь с ним. У него же денег ни копейки – сама за все платила? Твой брат злился на Джона, но никогда не стал бы общаться с Прелей. Преля отморозок, просто конченный. Савва уже тебя избегает – он не пришел, когда узнал, что ты здесь будешь, но это моя вина, я тебя пригласила. Просто не знала, что такие дела творятся.