Онлайн книга «Зимняя почта»
|
В воспоминаниях он все еще слышал жалобное «Не отдавай меня». — Хочешь, навестим ее перед Новым годом? Я не знаю, можно ли так делать, но вряд ли же нас выгонят? — Я не знаю. Уже засыпая в постели, Данил Данилыч вспомнил, что на прилавке остался елочный шарик, которым Таня собиралась расплатиться за воспоминания ее родителей о себе. Шарик непременно нужно было вернуть… Со случайной встречи Данила Данилыча и Тани прошла неделя. Город погрузился в предновогоднюю суету — оставалось всего пять дней до главного зимнего праздника. В лавку мнемарха спешили люди, чтобы сделать замечательный подарок — общее воспоминание, которое будет красоваться в стеклянном шаре. Каждый звон дверного колокольчика заставлял Данила Данилыча вскидывать голову. Он отчего-то ждал: вдруг Таня снова придет. Прошлая встреча застала его врасплох, но теперь он понимал, что эта девочка поразила его своей отвагой и невероятным доверием. Будто напомнила, что в нем есть доброта, о которой он сам позабыл. — Ну хватит, — с улыбкой протянула Дарья Ивановна, когда он в очередной раз посмотрел, кто вошел в лавку. В преддверии праздников жена помогала ему упаковывать заказы, поэтому теперь стояла рядом и завязывала красивые банты на коробках, иногда поправляя спадающую с плеч шаль. Данил Данилыч потупил взгляд и сделал вид, что натирание шара, внутри которого виднелась старушка со своим старым псом, его увлекает. — Поезжай, навести ее. — Шутишь? Здоровый дед приедет к маленькой девочке? Чудо, что полиция отпустила меня в тот вечер. — Давай поедем вместе, все странныевопросы и косые взгляды я возьму на себя, — хихикнула она и игриво толкнула мужа бедром. Данил Данилыч засмеялся, но Дарья Ивановна взглядом дала понять, что говорила серьезно. — Правда? Думаешь, это не будет выглядеть странно? Она же нам… чужая. — Да, все верно. Но почему для доброты этого не должно быть достаточно? Вернешь ей елочный шарик. Вдруг для нее это важная вещь? Он задумался, прокручивая в голове воспоминание об их встрече. — Может, ты и права. Просто хотя бы убедиться, что она добралась… Да. Беспокойство — вот что он испытывал. Беспокойство о ребенке, оставшемся один на один с миром и храбро смотрящем миру прямо в глаза. Таня вела себя по-взрослому с первых секунд их знакомства: смело говорила, зачем пришла, даже подумала об оплате, а еще не заплакала, когда поняла, что воспоминания родителей здесь нет. Она словно уже привыкла к таким вещам и стойко выдержала, хотя Данил Данилыч видел, как задрожали ее губы. И теперь ему очень хотелось знать, что с ней все в порядке. Закрыв лавку на обед пораньше, Данил Данилыч и Дарья Ивановна отправились в детский дом. Им оказалось небольшое деревянное здание в два этажа, очевидно пару веков назад принадлежавшее какому-нибудь помещику. Оно не было огорожено забором, поэтому машина свободно припарковалась неподалеку. Уже подходя к двери, Данил Данилыч заметил, как нервничает жена: она то приглаживала волосы, то поправляла пальто, то поудобнее перехватывала пакеты со сладостями, которые они принесли в подарок детям. Он взял ее за руку и улыбнулся: — За тридцать восемь лет брака такого мы еще не делали. — Да, это уж точно! — выпалила она, но тоже улыбнулась. Встретила их женщина преклонного возраста, представившаяся директрисой приюта Ларисой Анатольевной. Она сперва отчитала их за то, что явились без предупреждения, да еще и со сладостями, так и детей недолго разбаловать. А потом поблагодарила их за то, что в преддверии праздника устроили такой сюрприз для ее воспитанников. Когда Данил Данилыч спросил о Таниных родителях, Лариса Анатольевна лишь развела руками: |