Книга Правила выживания в Джакарте, страница 36 – Арина Цимеринг, Оксана Багрий

Рид абсолютно с ним согласен: это конкретное «твою мать», приправленное «черт побери» и «ну он и дебил».

Мо не сказал Чопингу, откуда у него деньги. Дебил в леопардовой шубе даже не задался вопросом, откуда подельник взял такую сумму, — просто обрадовался и на радостях заказал вечеринку с проститутками. Рид даже не удивляется: у Чопинга мозг меньше, чем у червя-нематоды.

Мо не сказал Чопингу, откуда у него деньги, в обход него нашел себе другого покупателя — Арктику, прости господи, из «Коршунов», стащил оттиски и собирался толкнуть ей их в одиночку. Жалкий «процент» от китайцев? Ну конечно нет. Делить половину суммы с дурачком Чопингом? Да куда там.

Мо решил наебать всех.

Больной на голову идиот.

Рид даже злится на негоза то, как самонадеянно и нелепо он откинул ласты. Шансы на то, что его оставили в живых, были… Да не было их.

— К черту, — бормочет Рид, опрокидывая в себя пиво.

Экстренное совещание на тему полученной информации они устроили прямо под алтарем: Иисус и статуи Девы Марии взирали на пыхтящего сигаретой Салима, задумчиво привалившуюся к кафедре Нирману, пьющего «Будвайзер» Рида, качающегося на стуле Боргеса, поглощающую лапшу из китайского ресторанчика Зандли и на все шире и шире улыбающегося епископа Эчизена с извечным Лестари за спиной. И по-змеиному нежная улыбка его преосвященства была верным признаком того, что положение у них хуже некуда.

— Итак, Картель Восхода и Триада, — перечисляет Рид конкурентов, загибая пальцы. — Еще кто-нибудь присоединится к нашей тусовке? «Аль-Шамед»? И давайте позовем ребят с континентов! Что насчет «Тэй Хуэнь Чай»? Батальона Дэ? Других преступных гигантов? Мы ж еще не всех пригласили?

— Прекрати эту клоунаду, — морщится Эчизен, обходя стол и присаживаясь на дорогой дубовый стул с высокой спинкой, стоящий за кафедрой. — Тем более «Аль-Шамед» не в деле. Они ясно дали понять, что считают, что качество оттисков Гринберга преувеличено. Да и сейчас у них намного больше проблем с игорным бизнесом.

— Ну, эти ребята были бы главной проблемой, — легкомысленно комментирует Боргес. — Остальное — фигня.

Салим закатывает глаза.

— Что насчет Джемы Исламии? — уже серьезно спрашивает Рид.

Эчизен в ответ хмурится еще больше:

— Если кто-то продаст клише террористам, мы об этом узнаем. Но если они у китайцев, то я уверен, что этого не произойдет: ты знаешь, как люди Хэня относятся к спонсированию взрывов в городе… А если дружок нашего Эйдана попался, то они у китайцев, — заканчивает он, словно нож в стол втыкает.

Воцаряется мрачная, полная плохих предчувствий тишина.

Рид в уме прикидывает вероятности: шансов, что Мо выкрутился, почти нет. У Триады длинные холодные руки, не знающие жалости, сострадания, пощады и маникюрных ножниц.

Рид почему-то всегда знал, что у них с Мо в итоге даже попрощаться нормально не получится.

— Можем предположить, — Нирмана задумчиво качает головой, — что нам известно то, что неизвестно Картелю.

— Картель все равно узнает, — бросает Салим.

— Но фора-то есть.

— Мне, если честно,все равно это мероприятие не нравится, — как бы между прочим вставляет Рид, пинком отправляя пустую бутылку из-под пива под скамью.

— А тебе ничего не нравится, — огрызается Салим, выдыхая дым.

— Потому что я не подписывался воевать с китайцами. Как будто в этом городе и без того не хватает тех, кто хочет меня прикончить!