Книга Как поймать монстра. Круг третий. Книга 2, страница 103 – Арина Цимеринг

– Он издевается над нами, – снова завелся Бен, – он просто тянет время!

И слова, которые Киаран произнес следом,повисли над поляной, словно лезвие гильотины:

– Дайте мне гейс.

* * *

Костер вдруг вспыхнул ярче, будто кто-то невидимый подбросил в него дров. Тени снова задвигались по поляне, длинные, зловещие, придавая каждому предмету искаженные очертания. Фигура не шелохнулась, только свет резко вырвал ее лицо – теперь другое, не Нормана – из полумрака.

– Ты думал, – сказало Оно знакомым голосом, – я выберу Джемму, а не Нормана, верно?

Глядя на собственное отражение, Кэл ответил:

– Да, – и пожал плечами. – Если бы ты решил кого-то выбрать, чтобы поиграть у меня на нервах, – я думал, это будет она.

Его собственные черты застыли на лице напротив, а тень от подбородка, отбрасываемая огнем, будто приросла к шее, превращая его в фигуру, вылепленную не светом, а чем-то инородным.

– О нет. – Двойник улыбнулся почти сочувствующе. – Чтобы сломать Джемму, подойдет Винсент. – Копируя Кэла, он пожал плечами. – Чтобы сломать Нормана, подойдет его бедная сестричка. Чтобы сломать Сайласа, сгодится кто угодно.

Они были одного роста, одной комплекции, в одинаковой одежде. Свалявшийся свитер такой же, как у Кэла, с дырами в тех же местах. Грязь, размазанная мазками по лицу, как у Кэла.

Это было отражение в моменте, отражение Кэла-прямо-сейчас.

Они были одинаковыми. И смотрели друг на друга одинаковыми глазами.

– Но тебя, Кэйлуа…

Его собственное лицо ему улыбнулось – широко и дружелюбно, как часто улыбался он сам.

– Тебя можешь сломать только ты сам.

Будь это сказано другим тоном, это бы считалось угрозой – но Кэл знал себя и свои интонации. Онне угрожал: он просто констатировал факт, говорит вещи, и без того известные им обоим.

– Круто, – медленно кивнул Кэл, глядя на свое лицо. – Сеанс психотерапии от демона.

Его раскатистый смех ударился об деревья и вернулся, оседая на коже неуютными мурашками, – но Купер даже не пошевелился. Самайн махнул рукой, словно Кэл пытался его надуть:

– Ты так не разговариваешь. Так разговаривает Джемма.

В этом теле он выглядел слишком… человечным. С мимикой Кэла, с его движениями, с его взглядом, который Кэл не раз видел в зеркале. Не было в нем ничего, что выдавало бы темноту и туман за его глазами.

– Бедная, бедная плутающая Джемма…

Голос Кэла, лишенный тонкости, грубый и простецкий, не подходилэтому лесу. Словно не принадлежащий ему, чужеродный, он не хотел сплетаться с ветвями и корнями, а раскалывал пространство между ними, как топор.

– Ты ведь считаешь ее слабой, да?

Онзадрал голову и разглядывал что-то в ветвях. Волосы на его затылке были белыми – прямо до корней, сливаясь по цвету со светлыми окрашенными концами. Так вот как это выглядело.

– Мягкотелой. Слишком эмоциональной. Слишком сердечной.

Образ Джеммы возник перед глазами. Едкая, громкая, дурачащаяся; притворяющаяся жесткой; держащая на расстоянии тех, кто ей не нравится; оборачивающаяся всем своим существом вокруг тех, кому симпатизирует.

– Слишком быстро привязывается к людям.

Они, оба Кэла, видели перед собой одну и ту же Джемму. Думали о ней одни и те же мысли. Испытывали к ней одни и те же чувства.

Он знал о них всё.

– Даже этот мальчик, Киаран… – Он покачал головой. – Детка поэтому и держится от него подальше. Не позволяет себе его жалеть, запрещает себе очеловечивать его.