Книга Как поймать монстра. Круг третий. Книга 2, страница 161 – Арина Цимеринг

И сейчас ему нельзя двигаться.

Когда Киаран смог кивнуть – мышцы наконец неохотно послушались, – мистер Райс убрал руку, но ни на дюйм не отодвинулся. Только кивнул на лес.

В просветах между стволами возникли новые тени. Сначала две – сгорбленные, на четвереньках, резкие, словно рисунки углем в прыгающем свете костра. Потом еще. Они ступали без звука, пока не касались земли вытянутыми черными ладонями-лапами. Тогда ветки ломались под нечеловеческим весом, и звук хруста шел по коже Киарана горячей колючей волной.

Сначала две. Потом еще одна. И еще. Потом…

Он перестал считать.

Костер взмыл вверх за его спиной, и Киаран увидел, как чудовища медленно заполоняют поляну.

Самайн знал, что они где-то здесь.

И искал их.

* * *

Свет фонаря то и дело выхватывал кирпичные стены, выложенные вручную: плотно, ровно, с намеком на педантизм. Углы прятались в темноте – луч фонаря до них не добирался.

Справа, в каменной стене, покосившаяся старая печь была вмурована почти намертво. Она напоминала ржавую пасть: дверца погнута, заслонка сбилась с направляющих. Все железо потрескалось от старости и жара. Вокруг лежал толстый слой золы и капель, за столетия покрывшихся грязью. Кэл поковырял пальцем: золото.

Да, у Йена и вправду было очень много золота.

Что произошло бы, если бы Самайн не смог свести его с ума? Если бы Йен вытащил статую, забрал ее и уехал в город, прямо с сосудом внутри? Туда, где Самайн не успел пропитать всю землю, не успел с ней срастись, – ушли бы у него тысячелетия, чтобы сделать это снова?

Или Йен все равно залил бы своего ребенка в это золото?

Они так и оставили Эмер посреди комнаты – молчаливого наблюдателя за тем, как двое американцев перерывают секреты ее отца, спрятанные в темноте подвала. Если статуя не была сосудом, значит, Йен вынул содержимое. И где оно теперь?

Честное слово, Кэлу надоели эти кошки-мышки.

– Интересно. Получается, он думал, что сможет создать сосуд для бога из своейдочери. Иллюстрирует, как дефицит оккультных знаний приводит к трагическим последствиям…

Голос у Купера был отстраненно-профессиональным: судьба девочки его не трогала. Не то чтобы она сильно заботила и Кэла – девчушка померла сто лет назад, тут они были бессильны, – но в Купере чувствовалась отстраненность другого толка. Выученная, такая, в которую оборачиваешь себя настолько плотно, чтобы срослась с кожей. Кэлу она была знакома: ведь у Джеммы точно такая же.

«Мы похожи», – так она говорила. Тогда это казалось ему вздором воспаленного сознания. Но, может, зря.

Кэл осмотрел стеллажи вдоль стен. Тут и там лежали какие-то формы: будто для отливки, только изуродованные временем, покрытые плесенью и слежавшейся сажей. Некоторые явно самодельные – деревянные ящички, в которых когда-то была глина, теперь рассохшиеся и покрытые трещинами. Поверх одной из них виднелся отпечаток: контур ладони, неровный, будто тот, кто его оставил, торопился. Рядом валялись инструменты – длинные щипцы, тяжелый молот с расколотой рукояткой, половина тигля.

Ничего, что могло бы походить на сосуд. Но куда-то ты ведь его дел, Йен? Давай, парень. Подскажи. Где вместилище твоего бога?

– Махелона.

Кэл обернулся на голос из другого угла подвала. Спина Купера перекрывала то, на что он смотрел, и Кэлу пришлось подойти. Это оказался свободный угол стены.