Книга Как поймать монстра. Круг третий. Книга 2, страница 193 – Арина Цимеринг

Следом – другой обрывок. Винсент стоит вполоборота, поправляет ремень спортивной сумки на плече и скользит взглядом по лицу Джеммы, будто что-то хочет сказать… или уже сказал, и она не расслышала. Его глаза – слишком яркие, слишком живые для этого места – меркнут в белой дымке.

Она пыталась дотронуться до этих воспоминаний, но туман мягко и без усилий забирал каждую деталь, как волна, уносящая песок с берега. Лицо Винсента размывалось, черты ускользали, и все, что оставалось, – чувство утраты, такое глубокое, что оно уже не жгло, а просто глушило все остальное.

Держать все это внутри было невыносимо – и потому Джемма отпускала. Пусть уходит, пусть все уходит.

Вдруг кончики пальцев задели что-то. Узкое, твердое, с резким, чужеродным для этого места ощущением. Она провела по нему подушечками пальцев еще раз. Не камень. Не дерево. Металл.

Джемма медленно обхватила предмет – пальцы сомкнулись на холодной рукояти. Она знала эту форму. Память еще не успела назвать ее, но мышцы руки уже вспомнили, как держать, как чувствовать вес, как балансировать его в ладони.

Здесь, в этой могиле, посреди туманного моря, вместе с ней лежал нож.

* * *

Костры вспыхнули разом.

Норман прикрыл глаза рукой, пытаясь не дать себя ослепить. Огонь плясал так близко, что в воздухе не хватало кислорода: только вместо удушья давила чужая, почти осязаемая воля.

– Кэл! – крикнул Норман, сам не понимая, зачем именно кричит.

Купер сидел в центре беснующегося зарева, сжимая тело Суини. Их фигуры – темные силуэты на фоне пламени – казались единственно неподвижными в дрожащем от жара и холода мире вокруг.

Пещера вздрогнула – или, может, это вздрогнули они. Все сразу. Воздух тотчас уплотнился настолько, что дышать стало невыносимо. Давление росло – и Норман почувствовал, как оно неумолимо сжимает его череп. Не только его: Кэл упал на четвереньки, словно сама гравитация прижимала его к камню; Купер навалился на Суини,пытаясь закрыть его от чего-то невидимого. Все вокруг подрагивало и размывалось в нарастающей силе чужого присутствия.

Они не выдержат так долго, подумал Норман. Никто из них. Сущность такой силы здесь, в очаге, просто раздавитих.

Вокруг метались черные силуэты тварей. Они корчились, рвались изнутри, расползались в пространстве – словно что-то втягивало их в себя. Между ними он увидел Джемму – ее тело, тоже покрытое вязкой чернотой, выгибалось, мышцы дергались, и Норман не мог понять, что страшнее: видеть, как эта тьма убивает тварей или как она мучит ее.

Стены пещеры съезжались, падали, заслоняя друг друга; даже силуэты рядом распадались на куски, исчезали и появлялись снова, как будто мир вокруг рвался на части прямо у Нормана перед глазами. Он сощурился, но стало только хуже: окружающие силуэты то вытягивались, то сжимались, и боль в черепе становилась невыносимой.

Норман не представлял, что еще мог бы сделать, – и это отчаяние пригвоздило его к месту сильнее, чем прижимающая к земле потусторонняя мощь.

Они умрут здесь. С минуты на минуту, они…

– Я впускаю тебя.

И все враз прекратилось.

В первые долгие мгновения тишины Норман даже не понял, чей это голос. Но когда реальность вернулась в свои границы и перестала дрожать, он увидел.

Кэл стоял.

Еще секунду назад его спина была выгнута, руки упирались в камень, а лицо искажала боль. Теперь же он выпрямлялся – медленно, но без усилий, будто давление, еще секунду назад ломавшее кости, перестало существовать.