Книга Кровь Дома Базаард, страница 282 – Дина Шинигамова

Каро смущался и отводил взгляд, стесняясь своего восхищения журавлем и надеясь, что Шиин и Лиан слишком заняты тренировкой, чтобы различить алое зарево его таэбу.

Так продолжалось какое-то время, Каро, сославшись на любопытство, почти каждый день наблюдал за занятиями подруги. В самых смелых своих мечтаниях Каро представлял, что однажды Шиин заметит его и как-нибудь – он не знал как – сделает своим учеником.

А потом у Лиан не осталось времени на детские забавы, они постепенно перестали общаться, и Керонту-Дентари Шиин исчез из жизни Каро.

Потянулись долгие месяцы, Каро думал, его отпустит, сойдет это ощущение удушья от осознания упущенной возможности, схлынет затапливающая сердце и голову волна густой беспросветной тоски.

Но время шло, и ничего не менялось. Каро взрослел, постепенно принимая правду: порой кто-то проходит по касательной к твоей жизни, яркой кометой оставляя в ней огненный след, и исчезает где-то в глубинах необщего будущего.

Когда они с Лиан снова встретились, он не удержался от вопроса, и слова сами слетели с губ, пока сердце судорожно отбивало удар за ударом: уехал? вернулся? исчез? И Лиан, скользнув по другу внимательным взглядом, улыбнулась: здесь, остался, тренирует. То ли поняла что-то по трепещущему пламени его таэбу, то ли знала с самого начала, но не подавала виду. Какая разница?

Вопреки собственному желанию, Каро оттягивал появление на очередной тренировке, не пользуясь приглашением Лиан посещать обе стороны Марака в любое время. Несколько раз он собирался зайти – как бы невзначай, между делом, ожидая, когда освободится подруга, – но начинал тщательно выбирать одежду, отвергая один вариант за другим, то боясь показаться пустоголовым щеголем, то несмышленым ребенком, и в итоге швырял все куда-нибудь в угол, захлебываясь от отвращения к самому себе, болезненно остро осознавая унизительность своих попыток понравиться.

Лиан ничего не говорила, лишь оставляла ненароком где-нибудь на видном месте расписание своих занятий или вскользь упоминала о планирующихся тренировках.

Однажды Каро все же набрался смелости. Запретив себе что-то менять в одежде и думать о последствиях, он решительно миновал Порог и поднялся на два этажа – дело было зимой, и Лиан тренировалась в Мараке.

Когда он вошел, дверь едва слышно скрипнула, и Лиан отвлеклась, пропуская удар и падая на маты.

– Внимательнее.

От одного звука этого голоса Каро захлестнули мурашки. Он вскинул глаза на Дентари, надеясь, что тот, возможно, смотрит на него, но журавль был неумолимо сосредоточен на бое.

«Простите, мастер».– Лиан, оттолкнувшись от земли, всклочила на ноги и приняла боевую стойку.

Несколько резких движений, напряжение, рассыпающееся в таэбу дрожащими искрами. Каро невольно залюбовался тем, как текуче двигался Шиин: словно каждый шаг был танцевальным па, а каждый замах – обещанием объятий.

Лиан замешкалась, Дентари оказался у нее за спиной, сжав горло и уперев острие кинжала в основание челюсти, заставляя прижаться к его груди, чтобы не пораниться.

Каро забыл, как дышать.

– Если шеру планирует отвлекаться на каждого симпатичного юношу, которого увидит, то может сделать всем одолжение и перерезать себе горло сама, не тратя попусту время благородных хеску, принимающих участие в Игре. – Шиин отступил, выпуская из пальцевклинок, который с глухим стуком упал на маты.