Книга Кровь Дома Базаард, страница 68 – Дина Шинигамова

Иках, привстав на цыпочки от нетерпения, загибал пальцы на убранных за спину руках: левая – за, правая – против.

Владыка Ашкарас, всегда превозносивший силу и физические возможности, – против. Владыка Намбэву, слишком яркий для этого сумрачного зала, для этого тусклого света газовых рожков, напомнил, что при возможности всегда следует сохранять действующий правящий род, так как в нем поколениями накапливается Сила, и полукровка Высокого Дома не равняется полукровке Младшей семьи, и проголосовал за.

Владыка орлов, ша-Олошта – медная кожа, чеканный профиль, перья в длинных волосах, голая грудь испещренашрамами, – тяжело роняя в воздух каждое слово, согласился с замечанием ягуара и поддержал собратьев по племени.

Они вставали и говорили – кому-то хватало смелости взглянуть Тиору в глаза, кто-то говорил, обращаясь к Совету, – а Иках загибал пальцы и кусал губы.

Он даже почти не удивился, когда понял, что обе его руки оказались сжаты в кулаки, – голоса распределились поровну. Неприятным сюрпризом стал лишь Полто Турике, глава шакалов, не поднимая глаз выдохнувший: «Против». Казалось, даже Ухав, вскинувший на молодого Владыку внимательный взгляд, был удивлен: зачем шакалам наживать себе если не врага, то однозначного не-союзника в лице воронов?

Никто не обманывался: это голосование сместит акценты в отношениях кланов, проявив давние разногласия и неприязнь, обратившись к скрываемым и откровенным симпатиям.

Убрав сжатые руки в карманы, Иках смотрел на хрупкую фигурку, стоящую рядом с Тиором. Когда голосование было окончено, Ухав озвучил то, что уже подсчитал писарь.

Цифры не обнадеживали. Ухав с трудом сдержал порыв поерзать на месте и со злобной завистью бросил взгляд на самых старших членов Совета, оставшихся в истинном облике, – с возрастом хеску чувствовали себя уютнее в перьях и шкуре, чем в платьях и сюртуках.

Белоснежная сова сидела с совершенно невозмутимым видом и могла сейчас думать как о сложившейся ситуации, так и о погоде – по пернатому лицу ничего нельзя было понять. Ее сосед, лишь на несколько десятков лет уступавший Хикке в возрасте, вообще как будто спал, крепко вцепившись когтистыми лапами в спинку своего кресла. Если Хикка хотя бы делала вид, что участвует в делах Совета, то Киах Холу давно уже перешел в разряд мебели, и Ухав искренне считал, что их обоих пора сместить в пользу более молодых и прогрессивно мыслящих сов. Но членство в Совете было пожизненным, и потому Ухаву приходилось мириться с этими двумя пережитками прошлого, которых можно было заменить на чучела без ущерба для общего дела.

Повернувшись к залу вполоборота, чтобы лучше видеть сидящих по обе стороны от него членов Совета, Ухав обратился к ним через таэбу и через несколько минут, кивнув, вновь посмотрел на Тиора и Лиан, стоящих перед кафедрой.

– При всем уважении, шамари Базаард… – Ухав говорил спокойно и сдержанно, как и подобает Гласу Совета. Между тонких бровей его даже проступиласочувственная морщинка. Он сделал паузу, не произнося вслух вывода, который и так должен был быть очевиден. – Равенство голосов, как вы и сами понимаете, говорит о том, что пятеро Владык все же против кандидатуры шеру Базаард. Если бы не ее особенности, – сложив длинные пальцы в замок, он сделал ощутимый акцент на этом слове, и внутри Лиан все заклокотало от гнева, – Совет склонен был бы принять вашу сторону, учитывая древность вашего рода и всю накопленную вашей семьей Силу, однако… – Ухав выразительно замолчал, наклонив голову и разведя длинными руками.