Книга Двери в полночь, страница 280 – Дина Шинигамова

Без четверти шесть я пулей вылетела на улицу и на негнущихся ногах подошла к Столбу. Группы в целях безопасности спускаются не с первыми сумерками, а подождав минут двадцать, так что у нас был неплохой запас времени и шанс с ними не столкнуться.

Изабель появилась рядом со мной без двух минут шесть и серьезно посмотрела:

— Готова?

Я кивнула. Мы осторожно перебрались через ограждение и прыгнули Вниз.

Оказаться в Нижнем Городе, когда там никого нет, было довольно странно. Я только однажды спускалась сюда не с группой — самый первый раз, с Шефом. Воспоминание обожгло и отступило.

— Веди, — скомандовала Изабель, — я не знаю этой дороги.

— Но ты же говорила, что бывала на мосту?

— Да, — она кивнула, — но только на той части, которая выходит в Красную Пропасть. — Увидев мой непонимающий взгляд, она сдалась, — я сама не очень понимаю, как он устроен и где проходит. Но есть одна важная деталь: на нем нет сумерек. Там можно находиться бесконечно.

Мы двинулись вперед. Там, где ударило драконье пламя, и улица буквально спеклась в единый каменный пласт, Изабель притормозила, с удивлением оглядывая сплавившуюся со стенами домов брусчатку.

— Это... он?

Я кивнула. Она пораженно качнула головой.

— Не представляла себе, насколько это... — Изабель не договорила и повернулась ко мне сплохо скрываемым любопытством. — Какой он?

Я невольно улыбнулась:

— Большой.

Мы быстро шли вперед, следуя извилистому пути Невского проспекта. Я видела, как Изабель с интересом оглядывает сросшиеся с землей дома и скрюченные деревья, но не задает вопросов. Мне же дорога еще никогда не казалась такой длинной.

— Здесь... хорошо, — наконец проговорила она, как будто рассуждая вслух, — я понимаю, почему Доминик хотел получить это место.

Я оглянулась. Изабель кашлянула.

— Извини, я не хотела.

Пару секунд поборовшись с собой, я кивнула:

— Не будем сейчас вспомнить это все. А ты что, никогда здесь не была?

— Нет, — Изабель качнула головой, рассыпав по плечам белоснежные пряди. — В Москве, как ты знаешь, ничего нет, а в других городах не спешат пускать к себе посторонних.

— Кстати, о других городах! — я взглянула на нее. — Где ты была все это время? Уже два года прошло.

— Искала, — оборотень легко перепрыгнула появившуюся рытвину. — Другие Города и тех, кто в них бывал. Пыталась узнать больше о тумане.

— И?

— Ну, мы же здесь.

Остаток пути мы проделали молча. Узнать друг друга получше мы не стремились, а для вежливой болтовни ни о чем были слишком напряжены.

Наконец, Невский оборвался, рассыпавшись брусчаткой по песку. Дальше дороги не было, только высились у нас за спиной черные остроконечные здания, да впереди виднелось петров пять чистого песка, кромкой огибающего город.

Мы остановились, понимая, что это наш последний шанс повернуть назад. Впереди, густой и тяжелый, клубился туман.

Изабель посмотрела на меня, я — на нее. Мы не сомневались.

— У меня есть веревка, зацепим за ремни. Но будет лучше, если ты еще возьмешь меня за руку. Согласна?

— Любой каприз за ваши деньги, — усмехнулась я, и, наткнувшись, на ее неодобрительный взгляд, пояснила, — я шучу, когда нервничаю.

— Не смешно.

Веревка была метра полтора — достаточно, чтобы мы не мешали друг другу, но и не потеряли из вида. Мы стояли у самой кромки тумана. До него оставалось не более двадцати сантиметров — меньше шага.