Книга Колдун с Неглинки, страница 37 – Саша Степанова

— Умрец ничего не видел, — сказал Василий. — Он не знает, кто его оживил. Зачем мы вообще это делаем,если можно пожелать, чтобы этот чувак через десять минут зашел в магазин напротив?

— Наш он, — скрипнул голос Калерии, — шорный. Без указки ходит.

— Смотри дальше, — попросил Ноа. — Внимательнее.

Его ослепил яркий свет. Те же руки обернули вокруг тела целлофан и, как в мешке, закинули его за спину. Лестница, пинком открытая дверь, сырой холод — потом он выкатился на панцирную сетку кровати и остался лежать с растопыренными руками и ногами.

— На. — Из жирного бульона торчала разваренная кость. — Жри.

— Всё. Он прячет лицо, умрец ничего не видел. Убирайте это.

Мирон сидел на диване, покачиваясь, с блестящим от пота лицом и слипшимися волосами, и смотрел прямо перед собой.

— Алиса! — позвал Ноа. — Подойди.

— Была ноша моя, — зашептала она сдавленно, — Ноа пришел, себе взял.

Мирон обмяк, как будто до этого его удерживала невидимая сила, и повалился набок. Из уголка его рта стекала ниточка слюны, но перед глазами прояснялось.

— Горячего ему налейте, он больше суток без воды, — скомандовал Ноа, и кто-то, кажется Калерия, поднес к губам Мирона чашку со знакомым травяным запахом.

Мирон сделал глоток и быстро, давясь и откашливаясь, допил остальное. Алиса хотела подойти, однако Ноа преградил ей путь рукой.

— А ты что видел?

Мирон ни на кого не смотрел. Он разглядывал ковер, и обычно приятный бледно-зеленый цвет вдруг напомнил ему цвет человечьего бульона. Наконец признался:

— Бутылку святой воды. Пока умрец жрал, второй пил воду. Такая же лежала в бардачке нашей машины. А можно мне, пожалуйста, вместо этого всего телепатию?..

* * *

— Я должна была прийти вчера, прости меня. Если бы не твой друг…

Мирон крутился туда-сюда в кресле за своим столом и чувствовал, как за ворот футболки сползают с мокрых волос капли. Раньше это не напрягало, но сейчас он снова и снова вытирал шею полотенцем.

— Я мудак. Это даже не я говорил. И делал тоже не я — та дичь из меня полезла. Ты тут ни при чем.

— Жизнь как-то поменялась, да?

— Угу.

Алиса кинула ему яблоко, Мирон поймал. Помолчали. Мирон заговорил первым.

— Ты, кхм, когда все приехали, что-то попросила у Васи и Ноа… За их право загадать желание.

— Да, — с каким-то даже вызовом вскинула голову Алиса. — Хочешь знать, что они для меня сделали?

— Если только это не…

— Личное? Да нет, не особо. Ноа я попросила подписаться на меня во всех соцсетях и не отписываться, какую бы чушь я ни постила, а Васю… — Ее голос стал тише. — Вася меня поцеловал.

— Зачем?..

— Просто так. — Она смотрела ему прямо в глаза.

— Ясно.

Мирон швырнул на кровать мокрое полотенце и пошел в ванную. Включил фен — горячий воздух ударил в шею, прогнав остатки холода, который ощущал после воскрешения умрец. Даже жарко стало. Когда Мирон вернулся в комнату, Алиса все так же сидела на его кровати и смотрела в окно.

— Выйди, пожалуйста, мне нужно переодеться.

Он вдруг обнаружил, что чистых вещей почти не осталось. Нужно было стирать, а он бросал, как раньше, в корзину для белья, но в ароматные и глаженые они, как прежде, не конвертировались. Пришлось надеть старую футболку, годную только для дома, и треники со школьной физры. «И вообще — почему нет? — думал Мирон, приглаживая волосы расческой. — Имеет право. Оба имеют так-то. Понравились друг другу. Бывает. А я… Сосед, одноклассник, друг детства».