Книга Ты здесь, а я там, страница 67 – Евгений Меньшенин

Я-то думал, такое только в голливудском кино бывает.

Но, как говорится, смеется тот, кто смеется последний. Смеяться последним у меня как-то не получается.

Мне больше не смешно.

– А что не так с этой квартирой? – спросил я.

– До вас в пятой жил Сергей – сантехник. Он умер. В декабре, перед самым праздником.

– Это я знаю.

Сергей жил вместе с супругой. Он скончался то ли тридцатого, то ли тридцать первого декабря. Его жена оставалась в квартире еще сорок дней.

Вот почему я выкинул все вещи и мебель. Мне не хотелось спать на том диване, на котором спал покойник. Не хотелось пользоваться его посудой и мебелью. Я не был суеверен. Скорее это была брезгливость.

– Про Сергея-то вы, конечно, знаете, – сказал Владимир Игнатьевич. – Вы же в «НоваКОМе» работаете?

– Да, в «НоваКОМе».

– Сергей тоже там работал.

– Мне как-то не довелось с ним познакомиться, – сказал я и не соврал.

– До этого там когда-то жил Александр Головин. Он повесился. Вроде бы из-за жены. Она ушла от него. Правда, он не в самой квартире повесился, а в гараже.

Ну хоть какая-то удача, – подумал я.

– А в девяностых в пятой квартире жили парнишки. Как таких сейчас называют, барыги и наркоманы. Они продавали наркотики. Как-то к ним приехали бандиты на больших черных машинах и в масках, выбили двери и всех перестреляли. Эти парни задолжали кому-то денег. Так что квартира номер пять с историей.

– Ну, я не боюсь призраков, – пошутил я.

– Призраки – не самое страшное, – засмеялся Владимир Игнатьевич. – Будьте осторожны с туалетом.

– А что с туалетом?

Я представил зубастый унитаз, который гоняется за мной по квартире и пытается укусить за зад.

– Иногда труба забивается и все выходит наружу. Причем только в вашей квартире.

Такой поворот мне не понравился. Хрен бы с ними, с полупрозрачными бродягами, воющими в ночи, но, когда дерьмо льется через край, это уже настоящая жуть. Помню, как такое происходило в родительской квартире, когда я был маленький. Отец постоянно бегал куда-то в подвал и стучал чем-то по трубам.

– И что делать в такой ситуации? – спросил я.

– Ну, Сергей сразу перекрывал стояк. Но я вам так делать не советую, потому что вы отключите и всех соседей сверху, и меня тоже. Так что лучше вызывайте аварийную службу.

– А у вас есть их номер?

– Да, вроде где-то был. Только дома. Наизусть я не помню. Заходите как-нибудь, я вам его напишу. Я на третьем живу, в тринадцатой.

– Ладно, спасибо, что предупредили про туалет.

– Не за что. И что, как вам у нас?

– Пока не понял. Еще даже не переехал толком.

– Пауки не надоели?

– Пока еще нет. А что? Они какие-то особенные?

– Да нет, обычные. Вы, главное, не убивайте их, и все будет хорошо.

Я слышал приметы о пауках. Убить паука, как совершить десять грехов. Если это так, то количество моих грехов перевалило за бесконечность в первый день на новой квартире. Когда я разбирал мусорные завалы, пауки устроили массовое расселение по углам.

После того разговора я принялся вылизывать квартиру до блеска. А когда отодвинул старый диван в дальней комнате (подозреваю, что Сергей с женой спали именно на нем), то увидел причину, из-за которой мог скончаться кто угодно.

– А отчего Сергей умер? – спросил я перед заселением у Алексея Порошина – управляющего домом. Он выносил Сергея из квартиры, когда за тем приехала скорая с выключенной сиреной.