Онлайн книга «Сезон комет»
|
– Ты должна расследовать эту историю и написать о ней книгу! – вдруг заявил он, взглянув на меня с триумфальной улыбкой. – С ума сошел! Я пишу романы. Об отношениях. Ну как… один роман. – В этом и состоит проблема книжек о реальных преступлениях – их пишут люди, которые ничего не смыслят в человеческой драме. Кровища и маньяки – это половина успеха. Может, даже меньше. А с твоим талантом… – Рост, прекрати! У меня нет никакого таланта. Больше нет. Я не могу писать. За все эти годы – ни строчки. – Но ты же все время что-то записываешь, разве нет? – Просто мысли. В них не содержится никакой… истории. – Так, может, это и есть ответ? Такой и будет твоя история: молодой писатель создал книгу о том, как поехал крышей в дороге и убил свою жену? А весь мир ему рукоплещет. Но тут появляется красивая грустная главная героиня, которая сначала немножко влюбляется в него, но позже понимает, какое он чмо. И благодаря ей его в конце концов закрывают и отменяют? На щеках Ростика появился румянец. Он смотрел на меня восторженными блестящими глазами. Этот мальчик не шутил. Он верил мне. И верил в меня. Я закусила губу, чтобы не позволить себе расчувствоваться. – Так что? Я готов быть твоим Ватсоном. За двадцать процентов роялти. Я нахмурилась. Улыбка медленно сползла с его лица, уступив место обиженному выражению. Я могла бы сказать, что он ребенок, сын моей подруги, фактически моя родня, а это все может быть опасно, к тому же, скорее всего, обернется полной ерундой… – Ты сумеешь добиться справедливости, Саша. Не для твоей коллеги. Но для этой Иззи. Если с ней правда что-то произошло, ты выяснишь это и накажешь виновного. Я закрыла лицо ладонями. Он был прав. Мне требовалось узнать правду. Я не пережила бы еще одну подобную историю, не свихнувшись окончательно. – Пятнадцать! – Я медленно протянула ему руку. – И ни процентом больше. И мы не станем упоминать ту историю, хорошо? Есть только здесь и сейчас. – По рукам! – Он крепко пожал мою ладонь прежде, чем я успела признаться, что пошутила. – Когда ты улетаешь? – спросил он. – Через две недели. – Значит, у нас есть обратный отсчет. Так еще интереснее. – И как нам проводить это… расследование? – Все очень просто. Правило первое: записывай все, что видишь, всегда. Правило второе: подозревай всех. Мы начнем с розовой сережки в языке – попробуем узнать, где такие продаются. Ты ведь сумеешь ее подробно описать, если понадобится? «Ну что за глупости! – думала я, пока он говорил. – Это же просто смехотворно. Безработная дамочка за тридцать и подросток, расследующие преступление». – Ростик! Это розовый пластиковый гвоздик. Это не сериал «Место преступления». – Ты и твои стариканские отсылочки. Я понятия не имею, о чем речь. И вообще, если критикуешь чужую идею – то предлагай взамен свою. – Хорошо. Думаю, нам стоит начать с другого. Пока я сидела в комнате с Ростиком, все казалось простым и понятным. У меня появился план. Но как только я спустилась в подвал и улеглась на скрипучий раскладной диван, я вспомнила голову Фрэнсиса на соседней подушке, запах стирального порошка и сигарет на его рубашке и то, как мы до слез смеялись над тупыми шутками в машине. И еще я вспомнила о его ключах в моем кармане. Их следовало вернуть. Я потянулась за телефоном, чтобы написать ему, и тут до меня дошло: абсолютно невероятно, но у меня не было его номера. Мы не обменялись контактами, не задружились в соцсетях, не отметили друг друга в историях. Я поискала его аккаунты, но обнаружила лишь несколько фанатских страниц, заброшенных и забытых. Придется действовать как-то иначе. |