Книга Кроличья нора, страница 49 – Дмитрий Ромов

— Может, вам врача вызвать? — спросил я. — Вы как себя чувствуете? В принципе, можно и на больничный, а потом в отпуск и на заслуженный отдых. У вас очень усталый вид.

Она снова кивнула.

— Что? Врача? Словами скажите.

— Н… нет,— проговорила она и прижала кончики пальцев к вискам. — Не нужно, всё хорошо…

— Ладно, — пожал я плечами. — Фотографии.

— Что?.. Какие?..

— Вы знаете.

— Нет, — помотала она головой. — Как я их…

— Удалите с телефона и из облака. И с компьютера тоже. Отовсюду. Давайте. Открывайте свой телефон и всё стирайте. У меня столько на вас материалов, вам и не снилось. Показывайте, я вам говорю!

Она неохотно взяла со стола телефон и, потыкав пальцем, открыла Настины фоточки.

— Давайте-ка, мы сами удалим.

Я взял телефон сделал скрины, переслал себе, а потом удалил всё под корень, зашёл в Гугл фото и сделал там то же самое.

— Я сохранил фотографии экрана, — сказал я, — на случай, если придётся показывать, что вы незаконно хранили на своих девайсах. Удаляйте с компьютера!

— На компьютере нет ничего… — сделала она честное и совершенно несчастное лицо. — Только здесь.

— Показывайте!

Я проверил папки, бывшие на виду, но ничего не нашёл.

— Если всплывут, Лидия Игоревна. Будет очень неприятно. Поверьте. Завтра я жду от вас заявления, с резолюцией вышестоящего начальства. Вы меня поняли?

Она кивнула, и по щеке её покатилась слеза. Сердце моё сжалось, а мышь укоризненно завозилась. Сколько я повидал концертов, профессиональных и самодеятельных, а вот гляди ж ты, всё равно реагировал. Молодо-зелено, блин.

— Мне ещё рано на пенсию… — сказала Медуза и всхлипнула, а Настя посмотрела на меня с тоской.

Ей явно было жалко директрису.

— Что-нибудь придумаем, — улыбнулся я. — Завтра, Лидия Игоревна. До заката. Всё, Настя, мы уходим.

Мы вышли из кабинета.

— Ты правда её посадить хочешь? — спросила Настя, глядя на меня с тревогой.

— Послушай, — покачал я головой. — Нет. Я ей говорил уже. Увольняется — я материалам ход не даю. Но она же продолжает своё. С твоих родителей деньги трясёт. Это что вообще?

Настя согласно кивнула.

— А слёзы эти ещё могут крокодиловыми оказаться. И вообще, охотнее всего такие люди плачут от жалости к самим себе. Посмотрим, насколько эффективным будет мой экспромт. Что-то мне подсказывает, что она сейчас будет пытаться меня переиграть. В общем, время покажет.

Я достал телефон и написал Жанне сообщение: «Жанна, спасибо, было круто». Жанна выступила великолепно. Я ей не звонил, не уговаривал, просто написалпросьбу помочь. Думал, она не согласится, но она всё сделала чётко.

На самом деле, мне очень не хотелось доводить Медузу до реального дела. Вопрос с аудиозаписями был неоднозначным. Вряд ли бы Жанна подтвердила, что я делал их по её поручению в рамках расследования деяний директрисы. Вряд ли. А подвести эти записи под цели защиты своих прав или интересов было бы проблематично. Оставались ещё нарушения прав или интересов третьих лиц от преступления или угрозы преступления, но это было так себе. Ненадёжно.

В общем, я понимал, что она сейчас запрыгает, начнёт срочно пробивать Жанну, звонить своим покровителям и всё вот это.

— Думаешь, сработает? — спросила с надеждой Настя.

— Не знаю. Но, в конце концов, если сейчас не получится, придётся выйти на тропу войны, а знаешь что это значит?