Книга Я тебя найду, страница 117 – Харлан Кобен

– Из меня плохой шутник, – ответил Макс.

– Тогда позвольте убедиться, что я все поняла правильно! – Встав из-за стола, Лорен принялась расхаживать по комнате. – Вам надо, чтобы я поручила своей лаборатории еще один ДНК-тест для опознания Мэттью Берроуза в качестве жертвы убийства?

– Так и есть.

– Жертвы в деле – сколько там прошло? – пятилетней давности?

– Шестилетней, я бы сказал.

– В деле, по которому уже приговорили и посадили человека?

– Все правильно.

– Человека, недавно сбежавшего из федеральной тюрьмы!

– И снова истинная правда.

– Причем именно вы, если мне память не изменяет, должны были найти его и вернуть куда полагается, а не добиваться пересмотра дела!

Макс не ответил.

– Ну что ж, – раскинула руки Лорен, – признавайтесь, как анализ ДНК давно почившей жертвы поможет найти сбежавшего преступника?

– Вы вообще его проводили?

– Вы вообще слышали, как я произнесла «еще один»?

– Я слышал.

– Что, по-вашему, означала эта фраза?

– Что тест вы проводили, – согласился Макс.

– Причем по личной инициативе, спешу добавить. Мы и без всяких тестов установили личность погибшего, невзирая на то состояние, в котором нашли тело. Люди насмотрелись «С.S.I.: Место преступления» и думают, что мы проводим ДНК-тесты направо и налево, хотя в реальности такая необходимость возникает очень редко. А полиция так вообще этим не занимается! То же самое касается поиска по отпечаткам пальцев: мы лезем в базу только в том случае, если есть сомнения в личности жертвы. А здесь сомнений не было. Было имя жертвы.

– Но вы все же сделали тест?

– Да, потому что, как я и сказала, жюри присяжных насмотрелось телевизора. Без ДНК и всей судебной экспертизы они решили бы, что мы тут бьем баклуши. Так что тест мы провели, хотя это было не обязательно.

– Как вы его проводили?

– Что вы имеете в виду?

– Вы сравнивали ДНК жертвы с образцами, взятыми у отца, или у матери, или еще у кого-нибудь?

– Да кто сейчас это помнит. Вы ведь отдаете себе отчет, что расследование этого дела признано образцовым в нашей структуре?

– Да, я это понимаю.

– Мы безошибочно установили личность убийцы.

– Я и не говорю, что вы якобы ошиблись. Слушайте, у вас же в архиве до сих пор хранится кровь жертвы, верно?

– Ну разумеется. То есть мы поместили ее на склад улик, но так-то да, кровь мы сохранили.

– А в вашей базе остался образец ДНК Дэвида Берроуза?

Насколько знал Макс, такие базы стали обычным делом, и в них автоматически попадали образцы всех осужденных.

– Провести повторный тест означает заново открыть дело, – произнесла Лорен Форд, – а это уйма бумаг.

– Так проведите его по-тихому, – предложил Макс. – Так, чтобы знали только вы и я.

– Я похожа на лаборанта?

– Значит, вы, я и лаборант. И все шито-крыто.

Лорен нахмурилась:

– Вы сейчас действительно сказали «шито-крыто»?

Макс принялся ждать ее решения. Наконец она произнесла:

– Я ведь могу просто потребовать, чтобы вы убирались к черту из моего офиса.

– Еще как можете.

– Имейте в виду, мы отстаивали идеалы справедливости и действовали в полном соответствии с законом. Убийца – сын полицейского, заслуженного офицера, поэтому для нас была важна беспристрастность.

– Весьма похвально.

Вдруг Лорен откинулась на спинку стула и принялась грызть ноготь, совсем как Макс.