Книга Ведьма Вороньего леса, страница 7 – Дженни Кир

– Надеюсь, эта кожаная шина не даст ей двигать лодыжкой, пока она заживает. На травму я наложу повязку, затем нужно будет держать ногу приподнятой, так что придется долго лежать. Где мы разместим бедняжку?

– Я провожу ее до моей спальни.

Пожилая женщина тихо ахнула, и он добавил:

– Сейчас в доме просто не найти других комнат, пригодных для жилья. Что касается меня, я, разумеется, буду спать в кресле, чтобы не беспокоить нашу гостью и не рисковать усугубить ее травму.

– Очень хорошо, сэр. Мне закрыть дверь на ключ?

Не ожидавшая такого вопроса гостья вздрогнула. Ее будут держать в плену? Во что она только вляпалась по собственной милости? Внезапно у нее возникло странное ощущение, что она падает: ее живот резко втянулся, а в груди все перевернулось, хотя она надежно сидела на стуле. Ее зрение начало затуманиваться, она больше не могла держать голову прямо.

– Сэр, она совсем бледненькая, и глаза что-то заволокло, – доложила экономка. – Как мне ее называть? Мадам? Мисс?

– Я думал, что ясно выразился. Если кто-то спросит о ней, особенно наш гость, который вскоре явится, она твоя хозяйка. Они достаточно похожи. У меня нет другого имени для нее, поэтому я предлагаю пока считать ее таковой. О боже, кажется, она сейчас… Луна? Луна? Луна?

Ее голова вдруг отяжелела, и на мгновение беглянка подумала, что, возможно, ей снова поднесут бренди; но, когда она наконец поддалась обмороку, который поджидал ее с той минуты, как она получила травму, ее губы повторили вслух:

– Я – Луна…

Мистер Грейборн утверждал, что она похожа на его отсутствующую жену, он даже решительно заявил констеблю, что нес на руках именно Луну. Терять было нечего, и она решила оставить все как есть. Это имя было ничем не хуже других, и она с радостью присвоит его, если взамен эти люди будут заботиться о ней и не донесут полиции. Настоящая кровать сама по себе стоила того, чтобы терпеть боль, и мысль о ней почти рассеяла беспокойство насчет всяких ведьм. Она не спала как следует с тех пор, как два дня назад начался весь этот кошмар, но теперь она могла остаться в Рейвенсвуде как Луна Грейборн – он обещал ей это, хотя бы временно, пока ее рана не заживет.

И так, провалившись в беспамятство, она позволила своей старой жизни ускользнуть.

Спустя некоторое время лже-Луна очнулась в большой кровати, под балдахином. Не сразу ей удалось вспомнить утренние события, понять, где она находится, и осознать, что она добровольно заняла место другой женщины.

Пускай за окном сиял солнечный свет, в спальне сквозило и несло затхлостью. На стенах были выцветшие обои, мебель посерела от пыли. Сквозь оконные стекла, запотевшие от дождя и скрытые за высокими качающимися деревьями, свет почти не проникал. Повисла тревожная тишина. Ни единого признака жизни и суеты в этом доме: ни болтовни слуг за повседневными делами, ни топота ног в коридорах, и никто не сновал с кувшинами горячей воды и ночными горшками.

В дальнем углу обнаружился мужчина, что сидел, обхватив руками голову, и явно не замечал пробуждения гостьи. На подлокотнике его кресла лежала открытая книга. Женщина некоторое время изучала его и то, как его большие пальцы потирали виски, а глубокий вздох изредка нарушал тишину, словно изношенные мехи.

Этот человек одновременно сорвал ее план побега, случайно лишив ее подвижности, и спас – последнее, вероятно, он сделал, чтобы искупить вину. Так она оказалась в разваливающемся уединенном поместье на окраине леса, а владельца поместья зовут мистер Грейборн.