Онлайн книга «Колодец Смерти»
|
— Последняя встреча. Что ты сейчас чувствуешь? — Мне одновременно хорошо и больно. — Оставь то, что болит, на потом, Клара. У тебя будет еще время настрадаться. Клара грустно улыбается. Она подходит к Валериане и крепко обнимает ее. Объятие долгое, сильное, без лишних слов, которые все равно ничего не скажут или скажут не так. *** Наступило лето, возвестив о конце учебного года. В воздухе разносится запах солнцезащитного крема. Волосы девушек пахнут манго, кокосом, маракуйей. По другую сторону горной дороги дремлет океан под ярким солнцем, и на фоне лазурного горизонта выделяются силуэты белоснежных яхт. Валериана и Клара прячут свои велосипеды в небольшом лесу и торопливо идут к амбару. Еще издали они слышат, какой гвалт подняли ребята. Они взвинчены до предела. Теперь, после трех дней олимпиады, можно наконец стряхнуть напряжение. Магид выиграл золото в толкании ядра и бронзу — в метании копья. Алекс завоевал первое место в плавании баттерфляем на дистанции 100 и 200 метров. Давид поднялся на пьедестал почета в эстафете 4 × 100 метров вольным стилем. — Даже в лесу слышно, как вы орете! — сообщает Клара, проскальзывая внутрь. У мальчиков разыгрался бой, и сейчас они похожи на перевозбужденных детей. Сено порхает под крышей, испуская острые ароматы пыли и сухих трав. Заразившись общим безумием, Клара и Валериана вступают в игру. Очень быстро Давид становится мишенью группы. Он визжит как резаный, Магид связывает ему ноги, Клара и Валериана — руки, а Алекс запихивает ему сено в шорты. Начинается общая потасовка: они играют, толкаясь телами, катаются по полу, дерутся. Они смеются, веселятся, протестуют. Но, несмотря на возбуждение и толкотню, Клара и Магид ни на секунду не соприкасаются друг с другом. Затем детская игра исчерпывает сама себя, и к вспотевшим, задыхающимся подросткам медленно возвращается покой. Под лучами света снова расцветают озорные улыбки. Магид встает. Он роется в большом рюкзаке, из которого доносится звяканье бутылок. — Так, пора переходить к делу! Мы с Давидом посчитали: тридцать шесть испытаний, тридцать шесть видео! Это стоит отпраздновать, правда?! Водка, джин, ром? Мы также захватили фруктовые соки, чтобы все это подсластить! Ну, кто чего хочет? *** Во влажной духотеамбара раздаются первые аккорды композиции рок-группы Black Rebel Motorcycle Club. Клара изрядно опьянела. Но, в отличие от опыта с джином в дедушкином шале, сейчас ей хорошо: она расслабленна, почти безмятежна. У нее кружится голова, и это приятно. Сидя на сеновале под крышей, свесив ноги и закрыв глаза, она дает убаюкать себя аккордами Red Eyes and Tears. Ей кажется, что ее тело слегка парит в воздухе, покачиваясь под музыку, как лодка на волнах. — А ты слишком много выпила! — заявляет Алекс, садясь рядом. — А вот и нет, мне, наоборот, хорошо. Клара открывает глаза. От Алекса исходит запах сена, смешанный со сладковатым древесным ароматом. Упоительный запах. И снова — впрочем, как всегда — дрожь пронзает ее, словно электрическим током. «Вот сейчас», — говорит она себе. Но он ее опережает: — Ты же знаешь, что я от тебя с ума схожу! Ну же, Клара, не робей, поцелуй меня! Она хотела сразить его наповал. Самой выбрать подходящую минуту. А не уступитьего подкатам, как остальные девушки, готовые прыгнуть к нему в постель по первому свистку. Она вспоминает его высокомерный взгляд в тот первый день, когда он прижал ее к дереву и прошептал: «Как у всех выпускников, у меня есть своя комната. Номер 112». В тот миг она поняла, что еще ни одна девушка ему не отказала. Что он никогда не испытывал ни малейшего сомнения. Что у него не было ни страданий, ни томительных ожиданий, ни разочарований. И она точно предпочла бы, чего бы ей это ни стоило, стать его первым провалом, а не энным по счету охотничьим трофеем. Отказать ему — вот ее важнейшее испытание! Которое она проходила весь год, отодвинув на второй план все остальные, какими бы безумными и опасными они ни были. И в тот самый момент, когда она захотела подарить ему поцелуй, он, этот претенциозный осел, пришел его домогаться, да еще в такой отвратительно самоуверенной манере. Ей нужно было, чтобы он томился в лихорадке, изнывал, а он оказывался победителем. Он не мечтал о ней, он ее хотел. Он не просил, он требовал. |