Книга Белый слон, страница 12 – Тэви Тернер

– Четырежды! – хохотнул Боб. – Да ладно вам, она прочная! Глядите…

С этими словами он было потянулся к гранате, чтобы продемонстрировать нечто ещё более безрассудное, чем желание похвастаться находкой перед коллегой в полицейском участке, однако Маркус опередил его и схватил лимонку.

– У меня она будет менее опасна, Боб, – сказал Кёнинг. – Почему ты не вызвал сапёров?

– Да чего я, с гранатой, что ли, не совладаю? – хмыкнул всё ещё не осознающий проблемы Роджерс.

– Ты ведь понимаешь, что твоё разрешение на оружие распространяется только на табельное? – уточнил детектив. – У меня в руках сейчас незаконный и крайне опасный предмет, а на нём наши с тобой отпечатки и потожировые следы, содержащие ДНК. Что прикажешь мне делать с этой гранатой?

– Да давай её бахнем, господи… – замялся Боб.

– Я подумаю, как отправить сапёров проверить твой участок, – смягчился Кёнинг. – Но вот с этим…

Он повертел в руке гранату и проверил крепление чеки.

– С этим мне придётся повозиться, – продолжил он. – Никому ни слова о гранате. Ясно?

Кёнинг поглядел и на Николь. Та кивнула.

– Ступай, Боб, – выдохнул детектив, – и принеси мне уже дела, которые я просил.

за 31.05.2010 – 06.06.2010

Суббота

Убийство курсанта Полицейской академии Рош-Аинда оказалось не таким простым, как можно было подумать изначально. Парень – максимально невзрачная жертва из всех возможных, будто и выбирали его специально по степени серости, если, конечно, здесь нет места случаю.

Дарена Маковски можно было назвать прилежным учеником – трудился в меру своих не слишком выдающихся способностей, в конфликты ни с кем не вступал, у преподавателей не вызывал ни восторга, ни презрения. Про таких обычно говорят «с серединки на половинку». Он не показывал ничего ни положительного, ни отрицательного, а от него ничего и не ожидали.

Причём статичным его воспринимали не только в стенах академии, но и за её пределами – соседи, знакомые, живущие в Коулридже родные и друзья также не могли охарактеризовать его ничем более глубоким, нежели «нормальный малый, порядочный» или «Это Маковски-то? Ай-ай-ай».

Реконструкция его последнего дня показала следующее: во вторник Маковски проснулся около 7.30. Сорок минут был занят утренней рутиной. В 8.10 покинул свою съёмную каморку и направился в сторону системы транспортных капсул. Путь занял три с половиной минуты. По дороге он ни с кем не встречался и ни на что не отвлекался. На болиде добрался из Восьмёрок до Фокуса к 8.14. Путь до академии от посадочной платформы занял ещё пять минут. В 8.19 вошёл в академию через центральный вход. Семь минут провёл в туалете, после чего сразу направился в аудиторию. Занятия начинались в 8.30. Первая лекция закончилась в 10.00. Двадцатиминутный перерыв провёл с сокурсниками в кафетерии: беседовали о грядущих зачётах. С 10.20 по 11.50 – второе занятие. Десятиминутный перерыв прямо в аудитории. 12.00–13.30 – лекция приглашённого сотрудника полиции (стопроцентное алиби, непричастен). Большой перерыв на полчаса посвятил наблюдению за игрой товарищей в мяч. 14.00–15.30 – четвёртая пара. Перерыв 15 минут в коридоре за просмотром соцсетей. 15.45–17.15 – практическое занятие по огневой подготовке. Справился удовлетворительно. Обратный путь до транспортных капсул и от платформы до дома – девять минут. В 17.24 Дарен спускается в полуподвальную комнатушку и запирает дверь. Самостоятельно открывает её убийце в неустановленное время. В период с 5.00 по 5.30 среды медленно умирает. Тело обнаруживает сокурсник, заглянувший в двадцатиминутный перерыв после первой пары к нему, чтобы выяснить, почему тот пропустил занятие и не отвечает на звонки.