Книга Вторая жизнь Мириэль Уэст, страница 38 – Аманда Скенандор

Звонок на обед принес лишь короткую передышку. Вскоре пациенты снова выстроились в цепочку. Большинство, казалось, точно помнили, где они стояли прежде, и встали в очередь без суеты и толкотни. Но Жанна, девочка, которая жила с Мириэль в восемнадцатом доме, протиснулась ближе ко входу. Несколько взрослых позади нее возмутились и заворчали.

– Пигалица, – рявкнул один.

– Вернись в конец очереди, или я потащу тебя туда за ухо, – добавил другой.

– Эй! – крикнула Мириэль, откладывая журнал и направляясь в сторону возмущающихся. – Оставьте ее в покое!

После инцидента с головастиком она держалась на расстоянии от девочки, хотя и подозревала, что карандашные каракули, которые таинственным образом появились на ее гипсе, когда она проснулась этим утром, и клубок червей между ее простынями две ночи назад были делом рук Жанны. Однако это не означало, что другие пациенты имели какое-то право запугивать ее. В конце концов, она всего-навсего ребенок. Лишь на несколько лет старше Эви.

– Никому не разрешается влезать без очереди, – пробурчал парень с ручищами, как у Джека Демпси[23]. Его красное, изуродованное болезнью лицо делало его еще более похожим на человека, только что отстоявшего на ринге двенадцать раундов.

– Это не значит, что ты можешь обзывать ее.

– Я могу делать все, что мне, черт возьми, заблагорассудится.

Еще один мужчина шагнул в сторону от очереди.

– Что, Дин? Спешишь, чтобы тебе сегодня побыстрее надрали задницу?

Мириэль узнала его – сначала по грубым, бесформенным рукам, затем по ярким голубым глазам. Это был Фрэнк, гид, накоторого она накричала в свой первый день в Карвилле. Он махнул в сторону Жанны своей когтистой рукой.

– В любом случае, я обещал, что застолблю для нее место.

Жанна подскочила к нему, улыбка, милая, хотя и слегка зловещая, растянулась на ее лице. Дин нахмурился, но прекратил ворчать, и Мириэль вернулась к утомительному списку.

– Вижу, ты нашла способ не стоять в очереди, – проговорил Фрэнк, когда они с Жанной несколько минут спустя оказались у входа. – Тебе идет эта форма.

Мириэль не ответила на его улыбку.

– Никому не идет матово-белый.

Он усмехнулся.

– Ты так же хорошо умеешь принимать комплименты, как и сбегать.

Игнорируя его пристальный взгляд, она положила журнал на сгиб загипсованной руки и пролистала его, чтобы найти их имена. Она назвала дозу Жанны сестре Верене и уже искала имя Фрэнка, когда ее внимание привлекло какое-то движение. Прежде чем она поняла, что происходит, кусочки ваты поплыли в воздухе. Они собрались вместе в маленькое облачко, взлетая с руки девочки, а затем рассеялись, порхая вниз, как огромные квадратные снежинки. Жанна хихикнула. Она пронеслась мимо ширмы и выскочила за дверь. Белые квадратики приземлились повсюду – на рентгеновское оборудование, на пол, на голову дока Джека.

– Кхм, – промычала сестра Верена, откладывая шприц и смахивая их с плеч и заостренных крыльев шляпы.

Мириэль наклонилась и начала собирать вату с пола. Фрэнк присел на корточки рядом с ней.

– Я никогда в жизни не встречала более отвратительного ребенка, – пробормотала она. Ее дети никогда бы так себя не повели.

– Не суди ее слишком строго, – проговорил Фрэнк, помогая Мириэль убирать беспорядок. – Она здесь уже три года, и за все это время никаких вестей от ее семьи. Ни посетителей, ни писем. Отец высадил ее у главных ворот и, уходя, даже не оглянулся.