Книга Снег, страница 37 – Рональд Малфи

– Постарайся не вдыхать эту дрянь, – сказал он Кейт.

– Просто поторопись… – Ее голос звучал приглушенно, словно девушка говорила, прикрыв рот краем футболки.

Наконец после еще пары ударов решетка с лязгом рухнула на пол. Ни Тодд, ни Кейт не тронулись с места, прислушиваясь, не привлечет ли шум кого-то или что-то. Но в магазине было тихо. Тодд пополз дальше и вскоре свисал вниз головой из отверстия в стене. Кейт схватила его за лодыжки, медленно подталкивая вперед, но не смогла удержать: ее пальцы разжались, и он рухнул на пол.

– Черт… Ты в порядке?

– Ага. – Тодд сел, потирая щеку и челюсть. При падении ему удалось сгруппироваться, и сильнее всего он ударился левым плечом.

Поднявшись, Тодд потянулся к Кейт и вытащил ее без особых усилий. Пока девушка выбиралась из шахты, лезвие ее ножа царапало по алюминию. Тодд неловко прижал ее к груди – почти как жених, собирающийся перенести невесту через порог. Их взгляды встретились, и оба отвели глаза на миг позже, чем следовало. Затем Тодд поставил ее на пол, и она стала отряхиваться от пыли.

– Что ты знаешь об оружии? – спросил он.

– Спускаешь курок – и оно кого-нибудь убивает, – ответила Кейт.

В магазине было так холодно, что они видели облачка собственного дыхания.

– Это самое главное. Предлагаю брать обычные модели – ничего слишком сложного. Не знаю, что делать с навороченной пушкой.

Кейт уже рылась под прилавком. Выстраивала на нем стопки коробок с патронами, быстро и целеустремленно.

Тодд подошел к стенду с винтовками и полуавтоматическими пистолетами. Он стрелял раньше, а с недавних пор даже держал оружие дома – после случая в Атлантик-сити каждый скрип и скрежет в квартире наводили на мысли о людях Андре Кантоса, заявившихся, чтобыперерезать ему горло. Но вряд ли у него получилось бы управиться с чем-то кроме обычного шестизарядного револьвера.

То немногое, что Тодд знал об оружии, он выучил сам. Его отец был не из тех типов, что берут детей на охоту, рыбалку или сплавы по реке. Старик проводил время в пьянках и драках, пока однажды весенним вечером мама Тодда, обычная запуганная и жалкая женщина с добрым сердцем, не набралась смелости, сказав слово, которое вернуло ей чувство собственного достоинства, а отцу подарило долгожданную свободу: развод. Тодд часто гадал, мог бы его старик измениться, мог бы измениться онсам, если бы их отношения с Брианной сложились иначе и ему бы посчастливилось видеть, как растет Джастин.

Он словно услышал голос Брианны: Ты теперь взрослый. Хватит винить других в своих бедах.

– В супермаркете ты сказал, что закончил юридическую школу двумя путями: честным и бесчестным, – сказала Кейт из-за прилавка. – Честный подразумевал работу на стройке. А бесчестный?

– Азартные игры, – ответил Тодд, снимая со стенда оружие. Каждый пистолет он рассматривал в лунном свете, струящемся сквозь витрины.

– И много денег выиграл?

– В начале – да.

– Но не в конце?

Тодд быстро взглянул на нее, но она изучала патроны.

– В конце все проигрывают, – сказал он.

– В твоем бумажнике была программка скачек, да? Тот листок, заляпанный кровью. Я узнала его, потому что в детстве ходила с папой на ипподром.

Тодд взял девятимиллиметровый глок, удивившись, какой он легкий.

– Точно.

– Ты сказал, что это напоминание. О чем?