Книга Она лучше, чем ты. Развод, страница 13 – Полина Ривера

Господи, сразу три заказа! Уму непостижимо. Лилия Сергеевна звонит администратору, уточняя количество гостей. Делает ксерокопии моих документов, записывает номер телефона.

— Не нужно экономить, Виктория. И свои услуги оцените достойно, — добавляет она, вставая с места, чтобы меня проводить.

— Спасибо вам за шанс. Я сделаю все, не волнуйтесь.

Вилли вскакивает и облизывает мои руки. Обнимаю его черную голову, едва сдерживая слезы…

Они меня возьмут… Я уверена в этом. Медовик — мое коронное блюдо. И меренга… Ничего сложного нет. Бодро шагаю по заснеженной дорожке, обсуждая с поставщиком количество продуктов. Печь придется ночью, но меня трудности никогда не пугали. Я справлюсь.

Лишь бы «родные и близкие» не испортили ничего… После их выходок я ничему не удивлюсь…

Воодушевленная предстоящей работой, вхожу в дом, ощущая витающий в воздухе запах гари…

Мою Вилли ноги изаглядываю в кухню.

— Что? — огрызается Таня. — Сейчас мое время готовить. И не нужно закатывать глаза.

— Посуду будь добра помыть за собой. И плиту.

Бросаю взгляд на пригоревшую яичницу и, не проронив ни слова, бреду в свою комнату.

Не понимаю я их… Да и поведение Жанночки вызывает вопросы. В ее студии нет условий для приготовления пищи? Другая бы стремилась задобрить падчерицу, постараться для любимого… Что-то здесь нечисто.

Или она святым духом питается?

Курьер привозит заказ. Пользуясь моим разрешением, заносит продукты в кухню.

На Таню без слез не взглянешь… Волчонок, а не человек. Озлобленная, нахмуренная, она жует смахивающую на подошву яичницу, заедая блюдо черствым хлебом.

Я-то не покупала ничего… В понимании родных все само собой появлялось в доме — свежие продукты, хлеб и фермерский творог…

А теперь пусть узнают, откуда все берется? Помогать или прогибаться я не стану.

Если все срастется, попрошу у Лилии Сергеевны аванс и сниму квартиру.

Жить в условиях войны — невыносимое для беременной женщины испытание. Ребенок мне важнее.

— Займешь кухню на полночи, я правильно поняла? — провожая курьера взглядом, спрашивает Таня. — Скоро папа придет, как ему быть?

— Я уверена, что он поужинает в городе. Или Жанночка накормит его чем-нибудь вкусным. А почему ты не у нее в гостях, Танюш? Зачем тебе сидеть дома со сварливой и все запрещающей матерью? Ты же из-за Никиты на меня взъелась?

— Дошло наконец, — фыркает она. — Мы встречаемся с ним, ясно? И всегда встречались. Думаешь, я послушала тебя? И не думала даже! Ты… Ты… Жанна меня понимает. И не осуждает. И Никита ей нравится. Так что… И, кстати... Я у нее была днем. Мы пили мохито и ели заморские сыры.

Видно, недостаточно они питательные, если дочь пихает в себя подгоревшую яичницу...

— Буду признательна, если ты освободишь кухню и позволишь мне выполнить заказ.

— Я войду сюда, когда захочу.

— Конечно. Я не против. Ты прописана в этом доме так же, как и я. И можешь пользоваться всеми помещениями. Но если ты попробуешь что-то испортить… Пеняй на себя.

Виктория.

Я заверила Лилию Сергеевну, что в моей кухне есть все необходимые для приготовления выпечки условия. Да и удобно мне пользоваться своим инвентарем и техникой.

Если меня примут на должность кондитера, буду привыкать к ресторанной кухне…

От одной лишь мысли становится волнительно. И приятно…