Онлайн книга «Саван алой розы»
|
– Позаимствовал вчера у Соболевых, – не краснея, признался Воробьев. – Я… ненадолго заглядывал, чтобы одну вещь передать Александре Васильевне. Очень уж удивился, как увидал эту каракулевую шубу – тогда-то у мня вся картина и сложилась! Хотел сразу вам фото показать, да вас не было уже в кабинете. А карточку я верну непременно, не беспокойтесь! – Уж потрудитесь… – отчитал Кошкин, но без энтузиазма. Улика и правда была любопытной – нужно отдать должное Воробьеву. – А мальчишка-то что? Вы с ним хоть поговорили? – Поговорил. Нет, не знает он ни цыганку, ни Николая Соболева – копеек лишь выклянчил… Но, согласитесь, как удачно сложился тот разговор! Возможно… Да, и имя трактирщика, и каракулевая шуба могли быть обыкновенными совпадениями… Но Кошкин, признаться, цеплялся теперь за любую мелочь, потому что дело вдовы Соболевой определенно застопорилось. Поиски цыганки ни к чему не привели; повторный анализ следов на тростях Лезина тоже ничего не дал, хотя Воробьев изо всех сил старался – Кошкин это вполне оценил. Многие надежды он возлагал на водолаза, о коем хлопотал лично, но и погружение водолаза на дно пруда за особняком Лезина опять не дало ничего. Лезин даже поглядеть на то действо не вышел: точно знал, что ищут не там. Если он и причастен к убийству Соболевой, то добро сбросил в Неву – это куда более разумно. – Может, стоит в Неве и поискать? – предложил тогда деятельный, но наивный, как дитя, Воробьев. – В Большой Невке – под Строгановским мостом. Он наверняка там перебирался. Кошкин, подумав недолго, покачал головой: – Как вам сказать, Воробьев… В прошлом месяце драка случилось в одном кабаке на Сенной: один выпивоха другого порезал. Приехала полиция, хулигана арестовала. Он опосля точно показал, куда именно нож скинул в речку на Екатерининском канале. Здесь, говорит, стоял, и здесь скинул. Тоже отправляли водолазов нож искать… – Не нашли? – Нашли. Нашли турецкий ятаган, револьвер и труп утопшей накануне девицы. Нож не нашли. Нева – речка непредсказуемая, Воробьев. Бог его знает, что там найдешь, только не то, что ищешь. Тем более что Лезин – или кто бы то ни был – после убийства Соболевой с таким же успехом мог вернуться через Елагин мост, а не через Строгановский. Да и после до его особняка мостов – не сосчитать. Никто нам не позволит всю Неву обыскивать в поисках пары картин и каминных часов. – Кроме картин и часов, Степан Егорович, – поправил Воробьев, – исчезло еще четыре подсвечника и шкатулка с украшениями. – Благодарю за подсказку, Кирилл Андреевич, – не стал спорить Кошкин. Потом поглядел на циферблат и решил, что время уже позволяет навестить Лезина еще раз. Пусть фактов, доказывающее его причастность к убийству Соболевой, пока не было – у Кошкина все же имелось, что ему предъявить, и оставлять в покое этого господина он не собирался. * * * На этот раз господин Лезин встречал полицейских уже на крыльце своего богатого дома, лично. Позади – двое крепких лакеев. Разговор, впрочем, повел непринужденно: – Неужто вы, наконец, возвращаете мои трости, господа? – зло усмехнулся он. И сделал знак парням немедленности снести их на задний двор, не глядя. А там уже полыхал большой костер, выпускающий черный дым в осеннее небо. Воробьев даже дернулся, желая воспрепятствовать: видать, рассчитывал повторить анализ, если понадобится в будущем. Но поздно. |