Книга Презумпция виновности, страница 121 – Макс Ганин

В общем, за неделю он развёл Валеру на гараж в районе Новослободской улицы, а Иваныча на триста тысяч. Ткаченко вашего тоже, кстати, Руслан подставил с телефоном на «курке». Он-то знал про этот «курок» и слил его режимнику, а потом ещё попытался и Сашку нагнуть на деньги, обвиняя в стукачестве администрации и сдаче «запрета».

– А меня на «лимон» шваркнуть тоже он решил через Валерьянычей? – возмущенно спросил Гриша.

– Конечно, он! Валера твои данные, которые ты ему в автозаке сообщил, в этот же вечер Руслану передал. А тот уже, в свою очередь, согласовав сумму кидка, позвонил оперу и попросил о распределении в два-восемь-восемь. Так что ты молодец – не стал платить этим аспидам. Руслан, между прочим, до посадки работал охранником у барыги – у наркодилера. Он сам должен на общее уделять, грехи замаливая. По понятиям он не может быть смотрящим, потому что с дурью связан был. Но так как он дальний родственник положенца, то ему сделали преференции.

– Валера говорит, что меня не сегодня-завтра в общую камеру переведут, – сказал Григорий, вопросительно посмотрев на информированного собеседника.

– До десятого января наш опер Володя в отпуске, поэтому до его выхода ничего не случится. Не переживай! Встречай спокойно Новый год и Рождество. У меня у самого конфликт с Клименко – я ему в глаза говорю, что он подонок и мерзавец, так что меня тоже могут выкинуть с Бэ-эСа в любое время.

– А ты чего с ним конфликтуешь?

– Этот гад, пользуясь своим положением, пытается заработать на чём только можно! На доставке наркотиков в камеры, за пронос телефонов и симок, за распределение по камерам, даже свидания с жёнами и проституткамиможет организовать. За всё у него свой тариф, который зависит от просителя и его просьбы. Мы с ним схлестнулись, когда твой Иваныч через Руслана заказал опустить107своего подельника Армена.

– Что-что? – возмущённо перебил Гриша.

– Что слышишь! Прямо над вами хата три-ноль-один. В ней сидит подельник Степанова Армен. Он был генеральным директором микрофинансовой компании Иваныча, и когда его «приняли», дал показания на собственника. Володю вашего тоже «приняли», причём прямо на трапе самолета. Так вот, когда Руслан жил в вашей камере, они и сговорились, чтобы за триста тысяч Арменку опустили в душе по полной программе.

– В жопу трахнули? – с ужасом спросил Гриша.

– О-пус-ти-ли! – по слогам произнёс ещё раз Аладдин. – Под этим словом подразумевается любое насилие против личности, которое впоследствии влечёт к определённому статусу зэка – «обиженному».

– А как же ты в этот конфликт влез?

– Я, когда узнал об этом, вышел на вора в законе Эдика, который на Бутырке сейчас на воровском продоле сидит. Донёс до него, что готовится беспредел. Реакция была мгновенной и суровой. Руслан, конечно, отмазался пока. Но я думаю не надолго, деньги – триста косарей, правда, вернул в общак, а вот Иваныча ещё на столько же поставили. Он теперь на свои суды ездит исключительно через кабинет врача, а не через сборку. И в автозаке в отдельном «стакане» сидит и мучается – очень боится, что может по башке своей дурной получить.

Так вот, Клименко, узнав, что я ему кайф обломал и его финансовую многоходовочку порушил, очень на меня обозлился. Тогда он со мной попытался на повышенных тонах отношения выяснить, но я объявил, что знаю про его «Порш Кайен», и где он его паркует. И про его три квартиры в Москве, и про дом на «Новой Риге» знаю. Поэтому со мной лучше не связываться.