Книга Презумпция виновности, страница 247 – Макс Ганин

– Привет, Олеся! – поздоровался Космос.

– Коля, ты что ли? – уточнил дежурный.

– Я, конечно! Кто ещё может быть?!

– А кто ещё с тобой?

– Тополев и Соболев, – спокойно, как будто ничего особенного не происходит, ответил Космос.

– Завхоз, пойдём-ка со мной твоих считать! – скомандовал Олеся и они ушли в барак.

– Я не верю, что это всё сейчас со мной происходит, – вдруг произнёс обалдевший от всего происходящего Гриша.

– Держись меня! И всё у тебя в этом лагере будет нормально, – успокаивающе сказал Коля и достал из кармана початую бутылку самогона. – Сейчас он уйдёт, и продолжим.

Ближе к часу ночи гуляки разошлись и направились каждый в свой барак спать. Гриша уже совсем расслабился и решил ответить благодарностью Коле за прекрасно проведённый вечер встречным приглашением на обед.

– С удовольствием, – ответил Космос. – На «промке» делают вкуснющую пиццу в пекарне, а у Баженова мы сможем пожарить чудные шашлыки. Я могу у барыги в третьем отряде купитькока-колу и кетчуп, так что пикник будет замечательный!

– Супер! Тогда с меня деньги, а с тебя – вся эта прелесть, – предложил Григорий, имеющий на киви-кошельке ещё восемь тысяч рублей, оставшихся после покупки телефона, от трансфера Наташи с Богданом.

– Десятку тогда переводи мне на кошелёк, этого точно хватит.

– У меня только восемь осталось, – расстроено ответил Гриша.

– Ну, восемь, так восемь. Поторгуюсь в столовой, если что, – сказал Николай и достал свой телефон. – На, переводи!

Около часа дня Космос пришёл в отряд за Гришей и повёл его на вахту. Дежуривший в это время капитан ФСИН по кличке Патрон без досмотра пропустил их на «промку». Гриша в первый раз оказался в промышленной части зоны и с открытым ртом рассматривал полуразрушенные здания. Он подумал, что, наверное, именно так выглядят заводы после бомбёжки с воздуха. Эта территория была, наверное, такой же по размеру, как и жилая часть колонии – ну, точно, не меньше. Очень много зелени и растительности, особенно ближе к забору, граничевшему с волей. За этим забором и полосой безопасности, которую постоянно контролируют вооруженные автоматами сотрудники колонии, как со смотровых вышек, так и пешим порядком вместе с собаками, виднелись поля, заросшие травой. За ними – железная дорога, по которой не реже, чем раз в час ездили электрички и поезда дальнего следования, издавая громкие гудки, нередко вызывающие печальные воспоминания и грустные мысли у закрытых в периметре зоны, временно лишённых свободы людей.

Первым большим зданием, встретившимся им по пути, была школа и профессиональное техническое училище. Около сотни осуждённых молодых ребят посещали это заведение. Оказывается, некоторые получившие приговор суда не умеют читать и писать, а многие не имеют даже среднего образования, которое здесь в колонии, они и получают. Классы представляют собой большие клетки, в которых за партами сидят зэки, а учителя находятся за закрытой в решётке дверью – для соблюдения безопасности. Учёба продолжается с 9 до12, поэтому ученики возвращаются обратно в барак сразу после обеда.

Самым большим корпусом «промки» был металлический цех, состоящий из трёх частей: сборка металлоконструкций, металлической мебели, а именно шкафов и тумбочек, располагающийся на первом этаже, и швейный цех на втором. Космос,проводивший экскурсию для Григория, завёл его к металлистам, чтобы показать весь ужас внутреннего, да и внешнего состояния цехов, а также всячески намекал на излишне тяжёлый и грязный труд в цеху. И действительно, работяги были одеты в чёрные от грязи робы, их лица и руки были испачканы тёмными маслянистыми разводами, а запах краски в помещении резко бил в нос, доводя до тошноты, не привыкшего к таким условиям работы новичка.