Книга Презумпция виновности, страница 462 – Макс Ганин

– Да я только один звоночек сыну сделаю, сообщу, что доехал и всё! – продолжал просить Гагик.

– Я могу ему дать свою трубку, – заявил Гриша. – Я никому никаких обещаний не давал и на ментовскую тему клал с прибором.

– Всем попадёт, если на вахте узнают! – предупредил завхоз.

– А как они узнают? От кого?! Нас тут трое в комнате. Я не расскажу, ты тоже не станешь, а Гагику и подавно это не нужно, поэтому пусть звонит, куда хочет, а если вдруг и узнают менты, то смело можешь всё валить на меня – мне домой скоро.

– Хорошо. Звоните! – согласился Жуков. – Но говорить будете в нашем присутствии. Это моё условие.

– Согласен, – обрадовался Баблоян и взял у Григория сотовый.

Он разговаривал минут 15 и в основном на армянском. Из тех фраз, что он произнёс на русском, Гриша понял, что этап в эту колонию он купил и очень ждёт от сына информации по встрече с каким-то большим человеком.

– Спасибо огромное! – поблагодарил банкир и отдал трубку обратно Тополеву. – Сколько я должен за этот разговор?

– Нисколько. Я не бедный человек и могу себе позволить разговаривать по сотовому долго и другим давать такую возможность.

– От души. Этот звонок был очень важен для меня, – сказал Гагик и дал понять, что готов к дальнейшему общению, а не как давеча при их последнем разговоре.

– А почему вы не пошли на карантин к Мише «Камазу»? Были бы там, как у Христа за пазухой. С телевизором, прогулочным двориком, мягкими шконками и, главное, со связью постоянной по вечерам, – поинтересовался Жуков.

– Я не приемлю для себя режим и не собираюсь сотрудничать с мусорами! – гордо объявил Баблоян.

– Я слышал, вы купили себе этап сюда на «тройку»?! Если это правда, то почему именно сюда, в «красную» зону? – поинтересовался Григорий.

– Да, купил! За миллион рублей. Мне подтвердили очень авторитетные люди, что я отсюда очень быстро смогу освободиться по УДО, даже в этом году.

– Раньше расценки были намного скромнее, –усмехнулся Гриша. – С меня просили в 15-ом году всего 100 тысяч за выбор колонии.

– Цены растут! А потом не забывайте, что я в их глазах миллиардер, а, значит, и ценник для меня соответствующий.

– Ну да, это рынок – спрос рождает предложение, – подтвердил, ухмыляясь, Григорий, поняв, что либо его собеседник врёт, либо его развели, как лоха. – А как вас могут освободить в этом году, как вы сказали, если у вас срок 7 лет?! Подать на УДО можно только по достижении половины срока отбытия наказания, а он у вас только в 2018-ом

– Не знаю, как там по закону, но мне лично прокурор ваш тамбовский обещал это, когда я в Тамбове был на ПФРСИ.

– Ну, раз обещал… А кого вы там хотели на кукан надеть?! Простите, что напоминаю, но в вашем разговоре проскочила фамилия Курбатов.

– Да, именно эту гниду! – с ненавистью произнёс Баблоян. – Он был председателем правления моего банка и сдал меня мусорам по полной программе. Я именно из-за него здесь. Выйду – убью скотину!

– А его случаем не Олег зовут?! – переспросил Гриша.

– Да, Олег Курбатов… знаете, что ли его?!

– Конечно, знаю. Он в нашем отряде сейчас исполняет обязанности завхоза. Прежний на повышение ушел на «промку», а Олег ещё в июне приехал и, как поднялся в барак, сразу взял на себя обязанности следить за порядком. Так что долго ждать не придётся, скоро сможете впиться в его горло и гордо, с высоко поднятой головой, уехать на строгую зону с новым приговором суда ещё лет на 5. За Курбатова больше не дадут!