Книга Презумпция виновности, страница 51 – Макс Ганин

Ткаченко сразу заприметил турник, приделанный к стене, и повис на нём, немного подпрыгнув.

– Это Матвей Жмурин купил во все большие дворы, – пояснил знающий обо всём происходящем в тюрьме Валера. – Он любит спортом заниматься, вот его и обязала администрация купить эти трапеции. Он сперва за несколько штук деньги перевёл, но когда его принципиально стали водить в те дворы, где купленного им спортивного инвентаря нет, то он плюнул и перевёл деньги за все турники сразу.

Иваныч с Валерой быстро ходили по периметру прогулочной камеры, Саша с остервенением подтягивался на перекладине, а Гриша стоял посередине и ловил лицом тёплый солнечный лучик, представляя себя на свободе, вдали от этого кошмара. Он думал, что было бы, если бы он не поехал на эту роковую встречу с Андреем, не вернулся бы к нему в ресторан и если бы вообще снял с себя ответственность по возврату этих треклятых денег. В голове было так много «если» и «почему», что от этого Григорию стало даже немного грустно. Отогнав от себя дурные мысли, он пристроился к двум быстро шагающим сокамерникам и стал так же, как они отсчитывать про себя шаги.

Прогулка длилась около часа. Надышавшись свежим воздухом, выполнив необходимый минимум движений, компания тем же маршрутом вернулась в ставшую им временным домом камеру. После утренней влажной уборки, водных процедур и туалета все расположились за «дубком», который Иваныч заблаговременно накрыл шикарным завтраком. Тут было всё: и разная колбаса, и сыры, и масло, и свежие помидоры с огурцами, положниковый хлеб, тонко порезанный Валерой, сгущёнка и конфеты. В стаканах заваривался дорогой кофе.

– Не хуже, чем дома! – причмокивая, анонсировал застолье Валера.

– Завтрак на обочине жизни, – прокомментировал Гриша.

– Поверь мне, – посмотрев на Григория, задумчиво ответил Иваныч, – это ещё далеко не обочина. Бывает намного хуже.

Воскресный день пролетел на радость Гриши, как одно мгновение. Фильмы по телевизору, игра в нарды, послеобеденный сон на жёстких нарах, рассказы Валеры об ужасах общих камер скрашивали досуг новых арестантов и прививали мысль о том, что в тюрьме время течёт совсем по-другому, чемна свободе – гораздо медленнее, и надо учиться у бывалых сидельцев, как эту скорость течения хотя бы приблизить к реальному мировому. Никогда ещё в своей жизни Гриша не желал так сильно, чтобы поскорее наступил вечер, и можно было бы достать из «курка» телефон для необходимых звонков. Отсутствие информации в неволе – самое большое испытание, которое обрушивается на новичка этого мира закрытых снаружи дверей и толстых решёток на окнах, где тот же телевизор, как источник новостей и главный движитель времени, роскошь, имеющаяся далеко не в каждой камере. По рассказам Валеры Чурбанова, ребята из соседних камер, где нет даже радио, частенько просят во время прогулки из соседних двориков через стену рассказать о последних новостях в мире. За это они делятся полученной ночью «по дороге» информацией о событиях на централе: кто в какую камеру заехал, кто и где ломанулся, кого и за что «опустили», кому какой срок определил суд и в какой «хате» последний раз был «пожар»43и что «отлетело»44.

Вечером, перед тем как достать ТР, Иваныч объявил Грише и Саше, что сегодня, скорее всего, на них выйдет смотрящий за БС Руслан из 294-ой «хаты» и будет с каждым разговаривать. Разговаривать, чтобы выбить из новичков как можно больше денег на «общее», поэтому он будет интересоваться количеством причинённого ущерба по уголовным делам и в зависимости от этой суммы назначать так называемый налог с мошенников – ту денежную компенсацию, которую арестованный по 159-ой статье должен внести в «общак» тюрьмы.