Книга Презумпция виновности, страница 6 – Макс Ганин

Потоцкий навис над Тополевым, поставил руки на стол и приблизился к его лицу на минимально допустимое расстояние. Он попытался состроить гримасу злого и ужасного полицейского, который готов перегрызть горло за любое следующее произнесённое им слово.Глядя прямо в глаза, он начал свою речь почти полушёпотом, повышая децибелы и амплитуду речи с каждым сказанным словом.

– Ах, вот как ты заговорил?! Умный, да?!Я сейчас не посмотрю, что ты такой умный. Мои ребята тебя подержат, а я обыщу тебя по полной программе, и найду у тебя и ключи, и оружие, и наркоту! И поедешь ты у меня далеко и очень надолго. Я уж этому очень поспособствую, поверь мне.

Григорий резко встал из-за стола, достал из карманов брюк ключи и телефон, вывернув при этом их наружу. Он продолжал держать в руках эти предметы так, чтобы их было всем видно. Затем, приподняв вверх оранжевую кофту и оголив живот и спину, развел руки в стороны и стал медленно крутиться вокруг своей оси, вызвав живой интерес у всех присутствующих. Сделав три оборота, он медленно положил всё обратно в карманы и одернул кофту вниз. После чего уставился на Сергея и таким же, как и до этого, спокойным голосом произнёс:

– Обратите внимание, в этом зале несколько видеокамер, причём современных, с хорошим видеоразрешением и даже одна пишущая звук. Причём именно эта видеокамера, самая близкая к нам, и располагается прямо на три часа от нас. Так что весь наш разговор записан, и моя добровольная демонстрация отсутствия запрещённых предметов тоже заснята на все камеры. А если вы вдруг захотите изъять эти записи и уничтожить неугодные вам кадры, то это бесполезно, потому что технически это сделать непросто, и мой адвокат с лёгкостью сможет опротестовать все ваши незаконные действия. Поэтому я возвращаюсь к своему предыдущему предложению сопроводить меня до машины.

На Потоцкого было больно смотреть. Слушая и не прерывая Григория, он смотрел на него как кролик на удава. Как будто загипнотизированный, он поворачивал голову в сторону камер, на которые указывал рукой пойманный им преступник, захлебываясь при этом желанием что-то возразить, но безуспешно. Слова тонули где-то глубоко в горле, и от этого Сергей мог издавать только лёгкий стон. Эту не характерную для своего начальника неловкость заметил другой опер, который поспешил ответить на вызов задержанного и заодно предотвратить назревающий скандал, при этом сохранив возможность общения с Григорием.

– Пойдёмте вместе со мной, – сказал он, начав движение в сторону Тополева. – Я просто рядом постою и не буду лезть к вам в машину,обещаю. А вы пообещайте, что не будете помышлять о побеге. Договорились?

– Договорились! – спокойно ответил Григорий и направился к выходу в сопровождении сотрудников полиции.

Подойдя к Мицубиси, Тополев хлопнул себя по правому карману джинсов, в котором находились ключи от авто в виде брелка, от чего сигнализация, крякнув и мигнув фарами, открыла доступ к содержимому машины. Григорий открыл дверь и быстро извлёк паспорт из синей сумочки, не давая шанса оперативнику даже одним глазком проникнуть вглубь салона. Вторым хлопком по карману он поставил свою машину на охрану, заблокировав её от незаконного проникновения.

– Вот мой паспорт! – весело произнёс Григорий и протянул документ оперативнику.