Книга Административный ресурс. Часть 2. Беспредел, страница 120 – Макс Ганин

Алена вернулась минут через пятнадцать вместе с начальником РУВД. Полковник милиции вошел в кабинет Бурмистрова, поздоровался со всеми присутствующими, подошел к столу следователя и взял с него дело Тополева. Пролистнув несколько страниц и прочитав показания, он посмотрел недобрым взглядом на капитана и произнес: «Шито все белыми нитками! Взятку получили с потерпевших что ли?»

— Ни как нет, товарищ полковник! — ответил следак, вытянувшись по струнке.

— Смотри у меня, Бурмистров! Знаю я тебя, оборотня в погонах! Значит так! Тополева отпускай под подписку о невыезде, а мне завтра утром подробный отчет по этому делу, понял?

— Так точно! — громко ответил следователь.

— Выполняйте! — приказал он Бурмистрову, затем повернулся к Евстигнеевой и нежно сказал: «Пойдемте, Аленушка, я вас чудесным кофе напою!»

— Спасибо вам, Михал Михалыч! А то ваш Бурмистров включил дурака и решил из нас с Григорием Викторович идиотов сделать. Да, прикажите ему пожалуйста, чтобыон розыск с моего клиента снял, а то вдруг остановят ненароком заслуженного человека и задержат до выяснения. Я ведь с вас живых тогда не слезу. Обложу жалобами, устанете отписываться!

— Не волнуйтесь, Алена Игоревна! — сказал полковник и снова зыркнул на следака. — Он все сделает как надо! Да, Бурмистров?!

— Так точно, товарищ полковник!

Виктор позвонил следователю после восьми вечера, когда Гриша был уже дома у мамы. Ему пришлось выслушать длинную тираду на счет того, как он подставил не только следака, но и все его начальство. Налобин пытался было оправдаться, но Николай Бурмистров не стал его слушать и просто прервал разговор. От этого Витя расстроился еще больше. Он понял, что его бывшего друга и шефа выпустили, а дело против него скорее всего развалится. Он еще не знал причину этого события, но сам факт того, что Тополев оказался живым и на свободе стал для него и остальных заговорщиков самой плохой новостью за последние пару лет.

* * *

Приближался конец календарной зимы. С момента посещения Григорием следователя прошло две недели. Никто его больше не беспокоил и не вызывал. Никаких отголосков или информационных шумов покушение на генерала Налобина не было. Тополев продолжал жить у мамы, так как жена с настойчивостью идиотки твердила ему, чтобы он даже не приближался к ее квартире и ее детям. Тополев каждый день выходил на прогулку, но не ради того, чтобы подышать воздухом или подвигаться — он проверял нет ли за ним скрытого наблюдения или слежки. Причем он был готов как к интересу со стороны правоохранительных органов, так и бандитов, нанятых его бывшими друзьями. С каждым днем он убеждался в том, что хвоста за нет и успокоился. Пришло время для нанесения главного и окончательного удара в его плане мести.

Вместе со своим другом Валерой они съездили к Животкову на дачу и забрали из тайника оружие. Ружье Гриша положил в специальный сейф по месту прописки, а пистолет отнес на квартиру к маме. Там он его разобрал, почистил и подготовил к работе. Вечером двадцать пятого февраля на кануне своего дня рождения Тополев, спрятав ствол за пазухой, вышел из дома на Плющихе и на перекладных направился в конец Ленинского проспекта.

Он вышел из машины за несколько километров от дома Чупрова и неспешно побрел к пустырю, где местные жители гуляют сосвоими питомцами. Понедельник всегда считался тяжелым днем, вот и этот стал не исключением. Единственная лавочка во дворе была свободна, да и прохожих в сей поздний час не наблюдалось от слова совсем. Когда боксеры в прошлом году следили за Антоном, они выяснили, что он каждый будний день выходит со своим ротвейлером не раньше десяти часов вечера. Гриша решил воспользоваться этой информацией и в 21:45 уже занял точку для наблюдения. Снегопад недавно закончился, и с неба падали последние снежинки. Гриша опустил на голову капюшон еще когда вышел из автомобиля, поэтому сейчас, сидя на лавке, напоминал сугроб и особо не выделялся на пустыре.