Книга Административный ресурс. Часть 2. Беспредел, страница 17 – Макс Ганин

— Да, я знаю об этом. Со всеми клиентами расторгли договор доверительного управления и в замен выдали векселя УК «Медаглия». А с чем это связано?! — тихо спросил Просвирин.

— Это связано с тем, что доходности на биржевом рынке резко упали и приносят теперь не более 15 процентов годовых, что мало кому интересно. При этом у нашего холдинга существуют высокомаржинальные проекты, требующие финансирования, которые могут принести вкладчикам ту же выгоду, что они получали раньше.

— А что вы будете делать с инвестиционной компанией?!

— Пока ничего. Сотрудников сократим. Руководство отправим в отпуск до лучших времен. А почему вас это так интересует?!

— У меня же там тоже деньги лежат! — напомнил Просвирин.

— И что, вы за них переживаете?!

— Немного… Я слышал, что вы ложитесь на днях в больницу на операцию. Так вот, вы не могли бы мне на моем векселе написать собственноручно одну фразу?!

— Какую? — удивленно спросил Тополев.

— Я, такой-то такой-то, поручаюсь за свою компанию своим личным имуществом на всю сумму векселя.

— Так это и так моя компания! Я там генеральный директор и единственный учредитель. И уставной капиталУК вдвое превышает все обязательства перед клиентами! В чем смысл этой фразы? Масло масленое получается какое-то.

— Я вас очень прошу, подпишите! Мне так спокойнее будет! — продолжал настаивать Просвирин.

— Ладно, давайте! Подпишу, — согласился Гриша и быстренько написал на бумаге векселя необходимую Юрию Вячеславовичу фразу. Затем поставил свою подпись и отдал ценную бумагу хозяину. — Не знаете, сколько там еще осталось списывать с вас зарплату по этому векселю?!

— Еще пол годика где-то… — ответил финдир. — Спасибо большое Григорий Викторович! Не смею Вас больше задерживать.

После того как Тополев подорвался на гранате в Чечне, у него была сильно повреждена носовая перегородка и последнее медицинское обследование показало, что из-за этого у него начались большие проблемы со здравьем. В организм поступало недостаточно кислорода, поэтому он плохо спал, медленно восстанавливался и совершенно не выдерживал те нагрузки, которые на него в последние годы навалились. В связи с этим консилиум врачей принял решение о срочной операции на нос. Налобин старший еще в феврале договорился о вип-палате в хирургическом отделении Центральной клинической больницы гражданской авиации на северо-западе Москвы.

В первой половине апреля Гриша отложил на две недели все свои дела и лег на операцию, которая прошла успешно. Самое сложное и мучительное во всем этом процессе было восстановление. Когда из носа вынимали тампоны хотелось потерять сознание и не чувствовать всю эту адскую боль. А каждое промывание было похоже на пытку. Антон Чупров позванивал ему практически каждый день и докладывал, что происходит в холдинге. Узнавать состояние дел у других сотрудников Григорий считал не нужным, так как полностью доверял своему лучшему другу Антоше. Выписка пришлась на последний рабочий день апреля и, не заезжая в офис, Гриша с превеликим удовольствием направился из больничной палаты прямиком на свою дачу на все майские праздники.

Весна в этом году выдалась теплой и сухой. Яркие тюльпаны и ароматные фиалки расцветали во всей своей красе, словно художник нарисовал их яркими красками на палитре. Зеленые листочки на деревьях покрывали ветви, создавая нежный зеленый ковер над головой. Пение птиц наполняло воздух мелодичными звуками, создавая гармоничный концерт природы. Веселые щебетания и трели пробуждали радость и восхищение перед прекрасным миром, который оживал после зимней спячки. Хотелось гулять и наслаждаться каждым мгновением жизни. Волшебная атмосфера витала в воздухе, наполняя гришино сердце радостью и надеждой. Это было время, когда природа расцветала во всей своей красе, напоминая о вечном круговороте жизни и возрождении. Весна в начале мая — это чудесное время, когда весь мир наполнен надеждой и новыми возможностями.