Книга Административный ресурс. Часть 1. Я вспомнил все, что надобно забыть, страница 100 – Макс Ганин

Назначение осенью 2000 года Мельниченко председателем правления банка не поставило точку в затянувшемся противостоянии. Конфликт достиг своего апогея весной 2001 года, когда новая команда, поняв, что договориться с «атомной фрондой» не удастся, провела допэмиссию акций «Конверса». Выкупив их, структуры Мельниченко наконец получали контроль над банком. Ответом на это решение стало обращение обиженных атомщиков в ЦБ с просьбой не регистрировать допэмиссию. У банка появилось два наблюдательных совета, собирались параллельные собрания акционеров, которые принимали взаимоисключающие решения, соответственно, задействованными в скандале оказались и судебные инстанции.

Тем временем в банке происходила полная смена управленческого состава. Нежелание сторон считаться с интересами друг друга привело к тому, что часть клиентов, недовольных сложившейся вокруг банка обстановкой, стали переходить на обслуживание в другие, менее скандальные кредитные организации — в частности, ВТБ и Сбербанк. Иными словами, из «Конверса» уходили те самые атомные деньги, из-за которых и развернулась война.

В результате, когда в конце 2002 года Мельниченко все же получил полный контроль над «Конверсом», бизнеса в нем уже почти не осталось. Похоронив идею объединения двух банков, Мельниченко забрал в МДМ часть клиентов «Конверса». И если до начала конфликта «Конверс» входил в тридцатку крупнейших российских кредитных организаций, то к моменту его продажи собственникам Академхимбанка уже замыкал вторую сотню.

— Значит, мы приходим на выжженную землю? — уточнил Тополев. — Остатки на счетах-то хоть есть?

— На сегодняшнее утро на корреспондентском счету было всего три тысячи рублей, — заявил Костин.

— И как с такими остатками работать? — поинтересовался Коля.

— Понтонов пообещал за неделю накачать банк активами, но наша задача — пока открыть неттинговые линии[55]с крупняком под наши имена и начать торговать, создавая прибылью собственный капитал.

— Кто такой Понтонов? — спросил любопытный Гриша.

— О, это отдельная история! — воодушевленно отреагировал на вопрос Глеб. — Владимир Понтонов родился в июне 1975 года в Узбекистане в городе Навои. Его отец, Александр Понтонов, более двадцати лет проработал на узбекскомурановом комбинате, пройдя путь от инженера до главного метролога. Дед, академик Юрий Понтонов, участвовал в создании советской атомной бомбы.

В начале девяностых годов семья перебралась в Москву, где Понтонов-отец возглавил объединение «Спецпромкомплект», а Понтонов-сын стал контролером-оператором Сбербанка. Позднее Александр Понтонов перешел в банковский бизнес, возглавив отдел ценных бумаг, а затем правление банка «Информпрогресс».

Владимир Понтонов хотел зарабатывать самостоятельно и торговал на рынках видеокассетами, потом обратил внимание на рынок акций, а в девяносто девятом году попросил у отца двести тысяч долларов на покупку первого банка. Это был учрежденный структурами Российской академии наук Академхимбанк, который заигрался на рынке ГКО и оказался на грани банкротства. Под управлением Понтоновых банк начал активно расти и к моменту покупки «Конверса» уже приближался к первой сотне российских кредитных учреждений: за 2001–2002 годы его активы увеличились в двадцать раз.