Книга Административный ресурс. Часть 1. Я вспомнил все, что надобно забыть, страница 184 – Макс Ганин

— Ну, уже влез! — резко обрубил причитания Никона Тополев. — По уши влез, сам понимаю! Но договариваться все-равно придется, рано или поздно. Лучше рано, пока кровь не потекла. Помогите, Александр Сергеевич, а?

На следующий день в полдень на песочный карьер за Долгопрудным подъехали сразу четыре внедорожника, под завязку забитые бойцами. Никон выполнил свое обещание и позвонил смотрящему за маленьким подмосковным городом. Тот, конечно, был явно недоволен случившимся и готов к крайним мерам по отношению к выскочкам из Шереметьево. Но, выслушав аргументы солнцевского авторитета, назначил стрелу.

У Тополева этот день не задался с самого утра. Сперва водитель с охранником приехали позже обычного к его дому в Тушино, что было совсем для них не свойственно. Затем в шереметьевском офисе пришлось задержаться дольше запланированного из-за затянувшегося совещания. И под конец, когда Гриша уже ехал вместе с Димой Кубраковым на встречу в Долгопрудный, их автомобиль заглох и встал, как вкопанный. Григорий принципиально не поехал на дорогой машине, коих в его распоряжении было немало, а выбрал для визита на стрелку обычный «Хёндай», который использовался в компании в качестве разъездного автотранспортного средства. Да и мобильные телефоны у обоих вдруг перестали принимать сотовый сигнал. Дмитрий долго возился под капотом, пока его босс грелся в придорожном кафе. Исправив неполадки, они снова двинулись в путь. Опоздание становилось критическим — более получаса. Так как адреналин в крови зашкаливал, то мысли об оправдании не приходили в голову. Конечно же, Тополев прокручивал в голове, и не раз, предстоящий разговор с бандитами, но слова Никона о том, что его могут взять в заложники прямо на стрелке, засели в нем прочно. Тем не менее он ехал на их территорию,потому что считал себя правым, а значит — сильным.

Метров за триста до въезда в карьер они заметили впереди черные столбы дыма, но подумали, не сговариваясь, что это работяги жгут неутилизированные покрышки. Каким же было их удивление, когда на месте предполагаемой встречи они увидели четыре горящих джипа и несколько трупов с автоматами в руках! Долгопрудненских явно кто-то расстрелял, причем совершенно для них неожиданно.

— Валим, Дима, валим! — прокричал Григорий, быстро ценив обстановку. — Не хватало еще ментам попасться для полноты картины, — сказал он еле слышно, а про себя подумал: «Интересно, кто это сделал? Солнцевские или ФСБ?»

Нигде — ни в новостях, ни в интернете — об этом происшествии не было даже упоминания. Ни Никон, ни начальник СБ «Медаглии» Налобин вопросов Грише о встрече не задавали. Да и он сам решил промолчать. Брать такое же обещание с Кубракова не стал, догадываясь, что Дима был отчасти в курсе случившегося и делал все от него зависящее, чтобы его шеф приехал на стрелку как можно позже. Какое-то время он ждал возможной ответки, но все было тихо и спокойно. Даже химкинские и лобненские бандиты поутихли и прекратили свой бизнес в Шереметьево. Позднее он выяснил у Грудачева, который всегда узнавал все сплетни раньше остальных, что в марте неизвестными была уничтожена вся верхушка долгопрудненского ОПГ[103]. Сработали профессионалы: никаких следов не оставили.

* * *

В апреле по просьбе Сырникова генеральным директором хендлинговой компании «Транссервис» был назначен его племянник Костя Чесноков. Парень имел богатый опыт работы с менеджментом аэропорта, действительно снял многие вопросы и закрыл немало проблем в этом направлении.