Книга До самой смерти, страница 145 – Миранда Лин

Он запустил руку в мои волосы и притянул к себе. Мне пришлось запрокинуть голову, чтобы заглянуть в глаза, которые погубили меня. И тогда, всего на мгновение, я задумалась, смогу ли однажды не просто робко надеяться, что он прикоснется ко мне, а знать об этом точно.

– Правда?

– Порой я хочу, чтобы ты достала свой красивый клинок из ножен и вонзила прямо мне в сердце. Ведь, пожалуй, это было бы не так больно, как желать тебя и твердить себе, что ты не станешь моей.

Я отстранилась, и без его тепла по рукам побежали мурашки.

– Почему мне не стать твоей? Я недостойна?

– Это я недостоин. Ты звезды и буря, жена. Ты мир и разрушение. Ночной кошмар и грезы. Ты и ад, и дом. Страх и утешение. Покой и паника. Доброта и ярость. Легко любить свет, но я видел твою тьму и ее тоже желаю. Адски. Хочу утонуть в ней. Но как мужчина может быть достойным этого? Заслужить это?

Я улыбнулась.

– Слышала, все начинается с удара ножом, так что, похоже, мы уже на полпути к цели.

Орин снова рывком притянул меня к себе, провел большим пальцемпо щеке и коснулся кончиков белых ресниц. Наши сердца бились рядом, и внутри меня что-то оттаивало.

– Беда в том, что во мне тоже есть тьма, и никому нельзя о ней знать.

Я подавила вздох удивления, как только поняла, что он сказал. Это самое настоящее тихое признание. Он правда убил того человека. И если Маэстро однажды догадается об этом, я стану не нужна, ведь ему будет гораздо проще использовать своего племянника.

– Тогда никому о ней не рассказывай. Никогда не говори о ней вслух.

Орин сделал размеренный вдох и закрыл глаза.

– Никому, – повторил он.

Прохладный ветер окутывал нас, пока мы стояли на расстоянии нескольких сантиметров, потерявшись друг в друге и в этом моменте.

– Холодно, – прошептал он. – Пойдем в дом.

– Давай побудем еще минутку? – Я слышала бесстыдную мольбу в своем голосе, но мне было все равно. В любом случае все кончится, как только Орин узнает о моей сделке с чудовищем и поймет, что я оказалась такой безрассудной, как он и боялся. Мы постояли еще под бесчисленными звездами. Но этот покой поддерживали столь хрупкие тайны, что вскоре он непременно рухнет и мгновения нежности падут жертвами правды.

Входная дверь захлопнулась, и Орин опустил голову.

– Пэйша, наверное, в своей комнате. Увидимся утром.

Разговор окончен. Он сдерживался, а я чувствовала себя одураченной и могла только гадать, как он сумел поделиться со мной такими откровениями и все равно уйти. Но потом я вспомнила, какую борьбу он вел. О битве, что разгоралась в нем. Я была для Орина источником проблем. Его врагом. И эта правда не исчезла спустя лишь несколько мгновений уязвимости.

Каждый шаг к комнате Пэйши давался с трудом, был омрачен смятением и печалью. Может, мне следовало сказать Орину правду, но это только все усложнило бы. Пока он во власти Дрекселя, никогда не позволит себе сблизиться. Слабость таила слишком большую опасность.

Я так тихо постучала костяшками в дверь Охотницы, что сама усомнилась, услышала ли она. Но Пэйша открыла, явив взору кошмарную комнату, тут же схватила меня за предплечье, втащила внутрь и захлопнула дверь.

Она скрестила руки на груди, не сводя с меня разноцветных глаз.

– Ему не помешает поразвлечься, Дева. Да и тебе, если честно, тоже. В доме витает слишком сильное напряжение. Почему ты до сих пор непоцеловала его?