Книга До самой смерти, страница 242 – Миранда Лин

– Дей…

– Ты страдаешь. Я вижу это по твоим глазам. Позволь, я попытаюсь принести тебе немного покоя. Последних мгновений счастья в Реквиеме. – Я взяла ее за руку и притянула в объятия. А потом затаила дыхание и призвала силу, которой всегда должна была обладать. Мама резко вздохнула, когда между нами засиял свет. Не голубой и не серебристый свет ночи, а теплый и манящий. Спокойный и исцеляющий.

В одно мгновение я обнимала маму, желая ей обрести покой, а в следующее ее душа покинула тело, кожа и кости превратились в пепел и она освободилась. Крошечный шар света облетел вокруг меня раз, потом еще один, и, хотя я сомневалась, что это произошло на самом деле, она прошептала:

– Спасибо. – И исчезла.

– Что за чертовщина? – спросила я скорее саму себя, ведь рядом никого больше не было.

Но мне ответил зловещий голос:

– Ты освободила ее душу, чтобы она смогла перевоплотиться, и теперь сделаешь то же самое для меня.

– А если обмочишься в аду, то остаешься в измаранных штанах навсегда или…

Улыбка озарила темные глаза Маэстро, когда он устремился ко мне. И я позволила ему подступать шаг за шагом, а сама пятилась к Пэйше, Холлису и Эзре, которые стояли вместе с моим отцом на берегу озера Потерянных Душ.

– Ну разве ты не шутница?

Я налетела спиной на Пэйшу и наконец ответила:

– Смотря кого спросишь. А что до твоей просьбы, буду вынуждена отказать. Я пришла сюда не для того, чтобы играть в бога.

– О чем это ты? – спросил отец, вырвавшись из рук Эзры, и обернулся в попытке всмотреться в туман над берегом. – Где твоя мать?

Я прищурилась, но промолчала.

Отец двинулся вперед, и на его лице отразилась злоба, которая преследовала меня с самого детства. Я оплакивала его смерть. Оправдывала все гнусные поступки по отношению ко мне. А у него хватало наглости так на меня смотреть. Я неотступно выбирала жить в мире с ним, но даже у моего терпения были пределы.

– Где моя жена? – снова потребовал ответа он.

– Освободилась.

Дрексель набросился без предупреждения: оттащил Холлиса и, обхватив его за шею, поволок к краю озера.

– Нет! – закричала я, но Эзра удержал меня, а заодно схватил и Пэйшу.

– Не приближайся к воде, – прорычал он, глядя на Дрекселя, который встал на сторону моего отца.

Холлис вырывался, а я не могла дышать от бешеного биения сердца. Не могла потерять его дважды.

Лицо Дрекселя исказилось от безумия и отчаяния. Зловеще глядя на нас, он взъерошил волосы, отчего те встали дыбом.

– Думаешь, это я люблю сделки, Деянира? Смерть любит их больше. Он превратил меня в того, кем я был, дал силу, которая мне не причиталась, и все за ночь с моей сестрой. Я выполнил его приказ, и посмотри, к чему это привело. Хватит с меня. Я больше не вернусь в замок Смерти. Не окажусь в яме. Ты освободишь меня. Или… Ты знаешь, что будет дальше.

Я бросилась к нему, вырвавшись из рук Эзры, и выхватила метательные ножи. Смех Дрекселя, его чертова улыбка в миг, когда Холлис утопал в страхе за свою загробную жизнь, пробудили во мне бурю ярости.

– Если ты думаешь, что в яме плохо, то подожди и увидишь, что я для тебя приготовила.

– Ты не посмеешь, – провозгласил он прежним властным тоном. – Ты слишком чиста.

– Опусти оружие, Деянира.Здесь оно тебе не поможет, – велел отец, а затем обратился к Дрекселю: – Честное слово, она всегда была шипом, а не розой. Не жди от нее ничего. Она умеет только разочаровывать.