Книга Золушка?! Да! Та самая!, страница 50 – Ли Литвиненко

— Станет королевой! — зло ударила кулаком по столу мачеха. — Какая-то дура заберет в свои руки все! А мы так и будем жить в этой глуши, окруженные бедностью. — Баронесса вышла из-за стола и прошлась по комнате. — Ну ничего. Есть еще шанс женить на себе этого строптивца.

— Какой? — удивилась Тория.

— О чем вы, матушка? —вторила сестре Хильда.

— Этот проклятый башмак может оказаться по ноге одной из вас!

— Но говорят, что туфелька из хрусталя и совсем крошечная, — захныкала Хильда.

— Но мы её еще не видели. Возможно, люди, как всегда, врут, — холодным, как лед, голосом, заявила леди Троксонвок. — Нужно быть готовыми к приезду этой поисковой экспедиции. Они отправятся в путь днем, поэтому нужно хорошенько отдохнуть. Золушка!

— Да, мадам?

— Приготовь нам ванны и расстели постели. К примерке мы должны отдохнуть и прийти в себя.

Карета проскочила ворота ровно в тот момент, когда их створки уже были готовы захлопнуться. Это случилось на одиннадцатом ударе часов. Кони мчались во весь опор, но кучер, желая разогнать их еще быстрей, щелкал над головами животных кнутом. Когда стрелки на часовой башне сошлись на двенадцати, кони за секунду уменьшились и снова стали мышами, сразу убежавшими в траву. Кучер, подхваченный воздушным вихрем, закружился в воздухе. Он пару раз успел крикнуть «помогите» и с громким хлопком улетучился.

Карета не исчезла сразу — она начала сдуваться, как воздушный шар и, уменьшаясь, постепенно вернула себе форму тыквы. Её бока покрылись желтой кожурой, подушки стали мякотью, а колеса превратились в зеленые стебли. Золушка оказалась сидящей внутри огромного овоща. Его стенки все сжимались, сжимались и наконец, лопнули, словно яйцо, из которого вылупляется цыпленок. Все еще большая тыква как бы разделилась на две неравные части. Верхняя, маленькая, осталась лежать на голове Золушки, словно экстравагантная шляпка, а во второй она сидела, как в ванне для купания. В этом желтом тазу девушка по инерции проехала еще метра два. От трения овощ окончательно развалился и своей мякотью запачкал платье девушки. Упав на бок, бедняжка прокатилась еще немного и наконец-то остановилась.

От резкой перемены обстановки Золушка была в полной растерянности и все, что смогла сказать, поднявшись с пыльной дороги, это:

— Двенадцать… Вот и все… Праздник закончился.

Чудесное белоснежное платье превратилось в старую одежду прислуги, а его верхний слой, сотканный из крыльев феи, вспыхнул снопом искр и развеялся над дорогой блестящим облаком. Украшения стали кусочками паутины, которые Золушка расстроено стряхнула на землю. Она заплела распушенные волосы в косу и поправила сбившуюся юбку. Вытерла о передник ладони, ободранные при падении, и вдруг почувствовала, что в кармане лежит туфелька. Она в спешке подхватила её на ступеньках замка и сунула в карман платья.

Не веря своим глазам, Золушка вытащила башмачок. Это волшебство не исчезло, а осталось с ней. Хрусталь празднично поблескивал у на ладонях, отчего глаза больно защипало. Судорожно сглотнув, она сунула туфлю за пазуху и сошла с дороги.

— Жизнь продолжается, — прошептала Золушка. На душе было муторнои больно. — Может, не стоило идти на этот бал? — спросила она себя. — Не зная обо всем великолепии проходящей рядом жизни, прозябать в серости было проще.