Книга Берк. Оборотни сторожевых крепостей, страница 12 – Ли Литвиненко

Орк как-то сразу понял, что это девчонка. В её взгляде уже было это — нарочито женское, уверенное и снисходительное. Да-да, вот так глядят на сильных представителей своих рас все бабы, будь их шкура хоть белой, хоть зеленой, хоть коричневой (про ушастых вообще можно не говорить). Вот и эта, только недавно научившаяся, наверное, ходить, уже лупит на него свои наглючие зенки и думает, что умнее всех.

Сфенос тяжко вздохнул, как будто сейчас его заставляли вынести за кем-то отхожее ведро. Не сказав ни слова, сгреб находку и аккуратно, чтобы не помять, сунул за пазуху. Глянув на мертвячку, задумался, не снять ли что-нибудь с неё. Но куртка на ней была маленькой, а сумки или узла он не увидел. Сфен сделал большой шаг и, переступив через тело, пошел по следам в сторону леса, размышляя, зачем наградил себя этой пискучей обузой?

Сначала от холодного свертка за пазухой сделалось неуютно. На одежду человечки налип снег и, подтаяв, влага студила кожу. Сфен прибавил шагу — болото закончилось и теперь шлось легче. После мерзлого месива твердая земля под ногами словно сама прибавляла скорости, и орку казалось, что он несется с быстротой лошади. От движения тело согрелось, и мысли вернулись к найденышу.

Сфен забрал девчонку, не думая, просто инстинктивноспасал ребенка от смерти. Потом, ступив на след погибшего человека, поразмыслил и решил: самым лучшим отнести малышку к ее родичам. Чем бы ни руководствовалась безумная мать, отправляясь со своим выводком зимой на болота, а ребенку тут точно не место.

Некоторое время сидящий за пазухой малыш не шевелился и просто тихо сопел. Орк шагал молча, делая вид, что ему абсолютно все равно, что происходит под его накидкой. Потом девочка расслабилась — Сфенос точно почувствовал этот момент — и прикоснулась к нему ладошками. Под оленьей шкурой на орке была надета лишь грубая суконная рубаха, зиявшая дырами, потому кожей он почувствовал, какие ледяные и крошечные у девчонки пальчики. Видно, не один час она просидела там, рядом с мертвой матерью.

Потом малышка снова пошевелилась и прижала к телу орка голову.

— Стучит… — сказала тонким голоском.

Орк заинтересовался. Он остановился и заглянул себе за пазуху. Сдвинув набок платок, завязанный на голове, девчонка прижималась к его груди ухом и внимательно слушала, как бьется его сердце. Она посмотрела ему в глаза своими синими, словно лесные озера, гляделками и, легонько стукнув его в грудь кулачком, повторила:

— Стучит!

Орк поморщился: «Какая глупая! Неправильно произносит орочье приветствие». Он стукнул себя в грудь в том месте, где она показывала, и представился так, как принято в его народе.

— Сфенос, — произнес свое имя коротко и рвано.

Голосовые связки, отвыкшие работать, сделали голос похожим на карканье ворона.

Девочка сделала губами «О» и закивала, вроде как говоря: «Ну ясно, ясно. Так я и думала». Потом радостно заулыбалась и позвала:

— Сфенос!

Орк снисходительно кивнул. Повторяя его движения, малышка гордо ткнула себя в грудь, собираясь назвать свое имя.

— Бёрк, — перебил её великан.

Ребенка он собирался спихнуть в другие руки при первой возможности, потому и имя её запоминать не хотел. Зачем прилагать лишние усилия? Будет называть её так, как ему нравится.

Малышка мотнула головой, не соглашаясь, и опять собралась назвать свое настоящее имя.