Книга Берк. Оборотни сторожевых крепостей, страница 30 – Ли Литвиненко

Смараг дорабатывал свой последний контракт — его стая подрядилась проводить караван торговцев к Зунделею и бросить дело так просто, они не могли. Договорились подождать их на каком-то гномьем хуторе, стоявшем у самых опустошенных земель.

— Зато хорошенько отдохнем перед дракой.

— Или сопьемся со скуки, — хмыкнул Гел.

— Ты, альфа, точно не сопьешься со своими пустыми карманами.

— Разве брат не займет мне на стаканчик доброй медовухи?

— Я пообещал, что не дам тебе и медяка, если потратишь всё на ледяную стерву.

— Но ты же не всерьез? — Гелиодор состроил испуганное лицо.

— Я серьезен как никогда!Если б твой папаша узнал, сколько ты истратил на продажную девку, утопил бы тебя еще слепым щенком.

— Она не продажная девка…

Тумит выразительно хмыкнул.

— …Ну не совсем. — Еще одно обидное «ха-ха» от брата. — Ладно, бездна с тобой, пусть будет продажная. — Тум ликующе хохотнул. — Но очень дорогая продажная. Леди продажная.

— Ты еще назови ее королевой. Продажная королева! Как звучит? Отец, познакомься, это моя королева, только вчерась купил. Дорого.

— И еще, — издевки начали надоедать, — я просил не напоминать мне про отца. Это удар ниже пояса. Всегда, когда вспоминаю или слышу о нем, чувствую себя неудачником, ребенком-разочарованием. Тем более если речь касается самок.

Его отец тоже был альфой. Его стая вымирала, и он потребовал от сына жениться на оборотнице зрелого возраста. Вернее было бы сказать — на волчице, годившейся ему в матери. Тогда он еще не до конца осознавал ценность семьи, юношеский максимализм лез через все щели, и Гелиодор взбунтовался. Он мечтал о свободе, приключениях, любви. Зачем ему было связываться с какой-то теткой и пытаться завести приплод? Он сбежал.

— Да брось, брат, ту обиду давно пора забыть.

— Я не виделся с ним больше. Он умер, так и не простив меня.

— Извини.

Тумит редко напоминал альфе про семью, да и все в стае чурались этой темы — ни у него одного все сложилось по-плохому.

— Он хотел продолжения рода, а я хотел свободы. — Гелиодор широкой пятерней отбросил упавшие на лицо волосы

— Никто не виноват, что ваши желания рознились.

— Но как сын вожака я должен был думать о стае. Возрождение двуликих — вот какой должна была быть цель моей жизни.

— Там есть кому поразить эту цель. Твой братец умеет думать получше — вот кого наделила мать Луна разумом. Так что хватит корежиться каждый раз, когда я чихаю в сторону Великого леса. Считай, Диким ветрам повезло избавиться от такого оболтуса. Останься ты в альфах — разбазарил бы всю казну на остроухих баб.

— Я истратился только на одну! — Гелиодор перешел от хандры к возмущению.

— Продажную леди.

— Да весь прошлый год я почти задарма драл свежих гномок. Обходился только лаской и кормежкой.

— Зато в этом спустил весь золотой запас на королеву. Удивляюсь, как и семейный раритет не остался в бездонной шкатулке Продаваны…

— Зачем Элириданнесдался мой кинжал?

Гел откинул плащ и с любовью провел рукой по висевшему на поясе кинжалу. Его рукоять, густо отделанную серебряной чеканкой, венчал крупный красный камень.

— О-о-о! В ее загребущих лапках эта вещица обрела бы новую жизнь. Так и вижу, как она, вооружившись пилкой для ногтей, выковыривает Драконий глаз, а потом ворожит, чтоб прилепить его к какой-нибудь брошке или булавке.