Книга Истинная для пятерых, страница 59 – Лиза Багрова

Любопытной девочке во мне стало дико любопытно и интересно узнать историю загадочного эльфа!

В длительном путешествии по лесным зарослям вскоре мне надоедало постоянно бояться преследователей и в страхе оглядываться, поэтому я снова погрузилась в размышления. Ящер был очень вспыльчивым мужчиной, что естественно для его животной натуры, в нем преобладали инстинкты над разумом, он был честен и открыт в проявлении эмоций и желаний. Пожалуй, это даже хорошо, по одному взгляду рептилии можно было понять его состояние, не приходилось гадать о причинах его поступков или выискать двойное дно в действиях. Спасибо, в реальном мире хватило общения с гадюками. А вот старец был полной противоположностью Вожаку, он интриговал, потому что был загадкой.

Почему эльф оказался в плену у жестокого Командора? Чем он был ценен? Куда направляется? Почему остался с нами? Почему у него довольно молодой голос в сравнении со старческой внешностью? Дряхлая кожа, потерявшая эластичность; очень глубокие морщины; седые длинные волосы; небольшая борода и усики. По нашим человеческим меркам я бы дала ему лет девяносто, но… по силам...по силам он был невероятен для такого возраста.

В какой-то момент мое любопытство достигло критической отметки, у меня все жужжало внутри от желания получить ответы на многочисленные вопросы, и я громко спросила:

— Алиэзрам, сколько тебе лет?

Мужчина, удивленный, пусть и корявой, но эльфийской речью, поглядел на меня. А я ехидно улыбнулась и кивнула, мысленно подтвердив его догадки: да, я слышала его похотливые желания исследовать мою влажную пещерку. Впрочем, мы не стали углубляться в вопрос его извращенной натуры.

Старец с ухмылкой любезно ответил:

— Зришь в самое сердце, любопытная красавица. Четвертый десяток, если быть точным: я прожил на свете тридцать три года. Стареть начал после двадцати пяти лет. За восемь лет я превратился вот в такого дряхлого уродца с онемевшим хреном! — Алиэзрам будто только этого и ждал, охотно начал рассказывать о своем прошлом. Кажется, его больше волновали не старость и недавний инфаркт, а больше вот это. Он весь на эмоциях поделился. — Проклятье! Теперь все красавицы смеются, когда предлагаю поласкать их пещерки! А ведь было время, когда эльфийки в очередь становились, чтобы я пролил на них свое семя!

Видимо, эта тема была очень болезненна для эльфа, когда-то обладавшего стольмощным либидо. Поэтому он охотно вспоминал былые успехи и делился ими.

— Значит, раньше ты был красавцем? — уточнила.

— Что значит был? — вдруг крайне возмущенно и даже будто бы обиженно взглянул на меня. — Я и сейчас неплох собой, видела бы ты других стариков-эльфов. Бррр!

Я лишь скромно промолчала, надеясь, что энтузиазм эльфа по поводу секса немного поутихнет, и мы перейдем к более интересным темам. Но не тут-то было, он снова начал вспоминать:

— Ты не представляешь, как я был знаменит среди горячих эльфиек! О моей мужской силе слагали легенды! Когда я кончал, то успевал заполнять все три дырки девахи, с которой кувыркался!

— И что ты однажды переспал с чьей-то женой и тебя...ну, не знаю, прокляли? Яд подмешали? Поэтому ты стал стариком? — недовольно пробурчала предположение. Мне больше хотелось понять причину произошедшего с ним, а не слушать о его сексуальных похождениях.