Книга Оборотни Сибири, или Пленница медведя, страница 21 – Лира Кац

— Сядь на стул. — я резко крутанулась на пятках, Док вышел из другой двери, не из той, откуда вошел. Напугал меня. Но я подчинилась, села на стул с высокой спинкой, подняла на него свой взгляд, а он подошёл ближе. Положив руки на мои плечи, посмотрел в глаза.

— Будет немного больно, я постараюсь быстро, чтобы нас не засекли… — он оглянулся, как будто здесь мог быть кто-то еще.

Его руки переместились на мою голову и я снова, как в прошлый раз, когда он меня осматривал обратилась в какое-то странное вязкое состояние, в котором не могла двигаться, но при этом отчетливо видела и соображала.

— Ты забудешь всё, что было в последние сутки. Ты никогда не видела Марго прежде.

Затылок стало припекать, а я даже пошевелиться не могу! Что это ещё за штучки?

— Чёрт… — ругнулся тихо сквозь зубы. — Какого чёрта на тебе блоки. Ладно, буду чистить всё.

Через некоторое время

Я лежала в лесу. Подложка из мха довольно мягкая, я даже и замерзнуть не успела, хотя в это время года должно быть точно уже прохладно по ночам. Сквозь листву пробивался рассеянный утренний свет. Я попробовала тихонько пошевелить ногами и руками и… получилось. Наконец-то! Ощущения были, словно ногу отсидела, а потом миллион иголочек втыкаются тебе в стопы, когда мышца начинает “отходить”. Бр-р-р. Вот такое я сейчас прочувствовала по всему телу. Постепенно всё приходит в норму и я, кряхтя, как девяностолетняя старушка, поворачиваюсь на бок, а потом на живот с моховой подстилки. Медленно встаю на четвереньки. Надо бы найти дорогу. Я уверена, что далеко он не стал бы меня увозить. Вот, кстати, по следам колес и выйду. Носначала бы встать.

Подползла к дереву, у корней которого меня оставил, бережно уложив, Док.

Я помнила всё до секунды, но он почему-то был уверен, что почистил мне память. Чокнутые сектанты. Если бы я не видела тех медведей, я бы так и подумала. Но в голове всё равно ничего не укладывается!

Он твёрдо уверен, что я ничего не вспомню, когда приду в себя. Но я не теряла ни сознание, ни память. Я всё помню, хотя должна была забыть.

Кто они такие вообще?

И я помню, как больно мне было.

Но пошевелиться я не могла. Он так ничего не понял.

Ухватившись за ствол, я поднялась. Немного бы отдышаться и идти. Я уже почти решилась сделать первый шаг, как впереди издалека, но стремительно приближаясь, я услышала рёв дикого зверя.

Медведи! Словно струна лопнула в висках, я ухватилась за них, падая на колени. Замутненный взгляд вылавливает движение впереди. Я вижу, как на меня несется тёмная масса, и теряю сознание.

— Алёнок. — кто-то гладит меня по щеке, а мысленно возмущаюсь, ну какой я Алёнок? Я Аля. Алевтина. Алёнком я была в детском саду. Стоп! Распахиваю ресницы и пытаюсь подскочить, но не могу. Тяжелая рука придавливает меня к постели. Белой. Мягкой. Это не мох, не листья, не земля. Я сразу вспомнила всё, что пережила последние дни.

— Гордей?

— Ты проснулась. — облегченно выдыхает мужчина. — Сейчас Док осмотрит тебя, выпей лекарство.

Я машинально запиваю протянутую таблетку водой. Док? Гордей не знает, что тот причастен ко всему!

— Я… не хочу дока… Пожалуйста. Со мной всё хорошо.

— Ты уверена? — смотрит на меня с сомнением, а я киваю.

— Да, я всё равно ничего не помню, но руки-ноги целы, ощущения тела в норме. Я помню только, как мне страшно было.