Книга Оборотни Сибири, или Пленница медведя, страница 30 – Лира Кац

Аля стала моей парой.

Как так случилось, предстоит выяснить.

Но я не дам трогать её. Ни старейшинам, ни Доку. Ни ведьме.

Марго!

Как я мог забыть про нее! Она ведь всё знала! Знала и пыталась уничтожить нашу связь. Мою пару.

— Доставьте ведьму.

— Будет сделано. —отозвался Ден, и набрал короткий номер на телефоне.

Я проснулась в спальне. Смутно помнила, что происходило ночью, моё сознание будто запрещало мне вспоминать. Поморщилась, от фантомной боли в груди. Ощущения были лишь воспоминанием, но не менее горькими.

“Постоянная любовница”…

Я вылезла из-под одеяла, на кресле лежала для одежда аккуратной стопкой. Интересно, эти тряпки здесь для каждой женщины? Луиза тоже надевала это по утрам?

Отдернула плотные шторы и комнату залил яркий мягкий свет полуденного солнца. Меня раздели, но бельё оставили. Обернувшись простыней, я открыла настежь дверь на небольшую террасу.

Босиком по шуршащим листьям, упавших с высоких пирамидальных тополей, дошла до перил и глянула вниз. Никого.

Тишина.

Где-то вдали загудела сигнализация машины. Резко смолкла и снова всё погрузилось в тишину. Даже не верится, что находимся в городе.

Почувствовав на себе чей-то взгляд, я поёжилась, развернулась и…

Увидела раздетого по пояс Гордея. Он подтягивался на турнике, спрыгнул с него и снова посмотрел на меня.

К нему подошел мужчина и мельком глянул в мою сторону, на что Гордей что-то резко сказал ему и оба они развернулись ко мне спиной. Я стушевалась. Стою тут в простыне. Я хоть и закуталась с шеи до пят не видно ни сантиметра моего тела, но всё же видок у меня…

Зашла обратно и плотно прикрыла дверь.

В комнату вошла горничная, видимо, она стучалась, да только я была на террасе.

— Завтрак уже готов.

— Где моя одежда?

Она бросила быстрый взгляд на сложенные вещи, а потом на меня. Только собиралась что-то сказать, но я её перебила.

— Я про свою, мне не нужны вещи с плеча любовниц твоего хозяина.

Девушка густо покраснела. Ошеломленно глянула на меня и залепетала.

— Простите. Простите, пожалуйста! Я решила сначала выстирать всё, чтобы не оставалось запахов. Бирки я все оторвала. Всё новое. Просто глава не терпит посторонних запахов, я взяла на себя смелость… В шкафу всё…

Я взяла её за руку, чтобы остановить этот испуганный поток речи.

— Всё, остановись, прошу. Я всё поняла. Эти вещи новые, просто ты их постирала?

— Д-да. Простите, пожалуйста.

— Это ты меня прости. У тебя и так забот хватает, а тут ещё я… Я оденусь и приду.

Потупив взгляд, горничная вышла. Девушка сильно испугалась, чего? Что я начну ругать её? Но ктоя ей, чтобы так делать. Я вообще не знаю, зачем я Гордею, у него нет нехватки в женщинах. Как бы больно это не звучало.

Когда я пришла в столовую, в которой накрыли завтрак, Гордей уже был там. С влажными после душа волосами, собран, в деловом костюме, читал газету. На первой полосе “Коммерческих вестей” красовался джип Аркадия. В том виде, в каком его достали из озера. Заголовок я прочесть не успела, Гордей отложил газету, свернув её.

Разве не замяли всё это дело? Я остановилась, прислушиваясь к своему желанию немедленно броситься прочь от него.

— Проходи, Аля, я сейчас ухожу.

Медленно подошла и села за стол.

— Гордей. — сломленным голосом начала говорить. — Разреши мне уехать. У меня есть тётя в Екатеринбурге, я уеду туда и ни ты, ни кто-то другой… из вас… ваших… меня больше не увидят. Пожалуйста.