Книга Оборотни Сибири, или Пленница медведя, страница 7 – Лира Кац

— Что такое? — не знаю почему, от страха наверное, стала шептать я. Что-то же спугнуло этих птиц. Не успеваю додумать мысль, как он тащит меня обратно.

— В дом. Быстрее.

Влетел на крыльцо, и тут же, открыв подпол, негромкоприказал.

— Лезь вниз. Не вздумай шуметь. Затаи дыхание и молчи. Поняла? — в руках его баллончик со спреем, он начинает меня им опрыскивать, а потом в воздухе в комнате.

— Вниз.

Я кивнула. Но страх в моем взгляде выдавал меня с потрохами. Он точно маньяк!

— Если тебя здесь увидят, тебе конец.

Не маньяк. Преступник! Может, это его дружки идут, а я свидетель? Боже мой!

— Да-да, — киваю как китайский болванчик. — Я буду тихой.

Спускаюсь вниз, там не так темно как мне казалось. Маленькое узкое окошко выходит под крылечком на улицу, оно даёт проникнуть рассеянным солнечным лучам внутрь.

— Ни звука! — предостерегает мужчина и я подчиняюсь. Сажусь в уголке на какой-то мешок. Это опилки что ли? Пахнут деревом.

Он закрывает крышку и двигает стол. Не хочет, чтобы видели люк. Я молчу. Потом думаю над тем, что через окошко увижу, кто придет к мужчине. Осторожно поднимаюсь и вытягиваю шею. Близко не подхожу, чтобы не заметили. Но никого не вижу, только слышу. Пять разных голосов. Я вернулась на своё место, села на мешок, прислушалась. Отсюда прилично слышался весь разговор, который происходил сверху.

— Почему вы пришли сегодня? Уговор был о встрече завтра. — это говорит “мой”.

Дожилась, “своим” называю.

— Там сопляки какие-то потонули, ментов понаехало, к вечеру всё перекроют. Ты сам знаешь, как Ульян относится к этому. Днем раньше, днем позже, какая разница.

— Чем тут так пахнет? — появился голос третьего. Неприязненный такой. отталкивающий.

— Тебе лишь бы сунуть свой нос куда не следует. — мрачно огрызнулся хозяин.

— Что это за тряпка? Воняет девкой. — тот всё не унимался, а я с ужасом прислушиваюсь, я не надела майку, она так и осталась лежать стуле, куда я бросила её, забыв.

— Подобрал на дороге. Снова тут отдыхающие были, за****ли засорять территорию. — недоволен. Я его понимаю, только мы ничего не засоряли.

— Ночью пропали двое из черной стаи, ты ничего не знаешь? Широков рвёт и мечет, знает, что они проникли на чужую территорию, но молчит. Что им здесь надо было, ещё бы выяснить. Только они пропали и найти их первыми наша задача.

— Понял. С отдыхающими что? Это они утонули?

— Нет. К ним уже выехала полиция. Очередной сынок-сосунок не справился с управлением и потопил свою тачку. Его выловили, откачали, говорятв коме, а девка утонула. Только телефон и кофту достали вместе с машиной. Лобовуха вдребезги, вылетела видать и унесло течением.

— Всю малину нам попортили. — отозвался еще голос помоложе. — Теперь из-за них придется отменить всё.

Он недовольно фыркнул, но его перебил тот, что старше.

— Как старшие решат, так и будет. Никакой отмены. Просто перенесут на следующий месяц. Гордый, ты меня услышал, оставим тебя. Отдыхай, как договаривались. но через десять дней…

— Я помню. — сухо ответил им хозяин. Почему его назвали “гордым”?

Долго я сидела еще в тишине, боясь даже шевелиться. А уж когда он за мной спустился, я успела задремать от своих невесёлых дум, сидя на мешке, вытянув скрещенные ноги.

Почувствовала, как взмываю вверх и пискнула от неожиданности и резко открыла глаза, хватаясь за него.