Онлайн книга «Кости. Навье царство»
|
Глава 17 Надо просто остановиться, сделать вдох и подумать. Но с Кириллом не выходит. Меня начинает трясти от возмущения и обиды. Я же ничего не сделала… Нигде и ни с кем! Во мне поднимается эмоциональный шторм, точно такой же видимо, что бушует сейчас и в его душе. Хочется держаться от него подальше и одновременно, прямо сейчас, наплевав на свидетелей, вернуться в кабинет, обнять, рассказать, что он не прав, пока его гнев не утихнет и он не начнет слышать… «Слышать что, Яда? Он трахнуть тебя хотел и плевать ему на твои чувства и что не готова». Осознание бьет наотмашь. Кто я? Игрушка для него? Для них всех? «Вообще берега попутали, небожители херовы? Вам люди так, на день поиграться? Членами померяться?» Слёз нет. Они будут, но позже. Знаю себя. Сейчас во мне поднимается обида и злость. Плакать буду потом, когда злость заглушая все, выплеснется не агрессией, а именно ними — истерическим плачем, головной болью и припухшими глазами, превращая мня в панду с размазанной тушью. К тому моменту лучше бы оказаться где-нибудь подальше от «Костей». Обвожу взглядом продолжающего молчать Горынева, качающего головой Волкова, останавливаюсь на прифигевшей Сири. — Очу-уме-еть! — неожиданно тянет она с восторгом, — вы видели, чо он сделал? Меня как будто неведомая сила вытолкнула! Это было… Круто! Вас ведь тоже? Почувствовали? А вдруг он колдун и Машеньку в подвале держит? — Сири… — поджала губы, пытаясь остановить подругу и ее буйную фантазию, которая была не далека от правды. — Не надо сейчас. «Ну почему я не Сири? Даже в самой хреновой ситуации она найдет то, чем можно восторгаться. Это она еще не знает КТО стоит по обе стороны с ней». Хотя, кем может быть парень с говорящей фамилией я пока что только догадываюсь. — Чо Сири? Тут херня на каждом шагу происходит, Яда! — у подруги нездорово поблескивали глаза. — И этот, — тычок в бок Светославу, бесстрашный, как старого одноклассника боднула, — тоже не простой! Я сразу в нем что-то заподозрила — ходит важный, а у самого чуть дым из ушей не идет. А ты, — повернула крашеную голову в сторону Волкова, прищурилась, словно в само нутро его заглядывала, — все про вынюхивание говоришь, облизывание… Оборотень что ли? — Сири, — тяну её за руку, стараясь убрать подальше от пока что прифигевшихмужчин. — Ну что ты в самом деле, какие оборотни… — Серые, белые, черные, — расшифровывает она, — кто же их, волков знает. — Пойдем, — тяну за руку, добавляя тише, — лучше убраться, пока отпускают. А нам и правда дают уйти. Знают же, что даже если захотим скрыться, из-под земли достанут. Молча выдыхаю, радуясь тому, что подруга послушно шагает рядом, но все равно нет-нет да оглянется в глубь коридора. Молча спускаемся по лестнице. Садимся в машину. Те крохи алкоголя, что я выпила в самом начале, давно выветрились. — Ты как? — звучит в тишине салона выстрелом. Самый ужасный вопрос, на который у меня нет ответов. Слабо пожимаю плечами. — Когда ты так вляпаться-то успела, Яд… в него… Да, она всегда меня понимала. Даже говорить ничего не надо. — Сама не знаю, — не хочу отрицать очевидное. Завожу машину, медленно трогаемся. — И что дальше? А с Машкой что? — Не знаю пока, — мысли скачут, прокручивая на повторе воспоминания вечера. — Завезу тебя домой, а сама вернусь. Поговорю с Тимом… |