Онлайн книга «Кости. Навье царство»
|
— Мельчаешь, дружище, — ядовитая насмешка отозвалась гиканьем и смехом за спиной. Змей поднялся до того, как я успел воспользоваться его открытым тылом, уклонился от удара, прогнувшись назад едва не пополам. Девки ахнули. — Позер, — буркнул я, а Горынев хищно улыбнулся, не отрицая. Если бы зачарованный круг не лишал меня возможностипризвать силу, Светослав бы уже, скуля, стоял передо мной на коленях, смиренно опустив голову. Но в Купальском кругу я не был его господином, а он, не ощущавший цепей клятвы, мог легко замахнуться на меня, не рискуя упасть к ногам, мучаясь жуткой агонией. Я видел однажды, в детстве, как корежило его — дурака, будто кости все враз выгнуло в обратном направлении: руки, ноги, даже ребра. Смотрел, как ловит он воздух высушенными губами, как черная почти кровь стекает по ним на футболку. Смотрел, и ничем не мог помочь. Может, потому мы никогда и не ссорились до мордобоя с тех пор. Не так много у меня верных друзей, чтобы какие-то бытовые глупости развели нас до желания наслаждаться страшными мучениями Горыныча. Уворачиваясь от удара в голову, я склонился пониже и подхватил пригоршню песка, резко вскинув руку, кинул его в лицо Света. Тот отвлекся на что-то (хоть я и не рассчитывал на подобную удачу), не успел прикрыть глаз, зажмурился уже когда песок попал в цель. Матерясь, Горыныч пытался проморгаться. Не дав ему опомниться, почти мгновенно оказался рядом, вбивая кулак аккурат в печень. Свет закашлялся, пошатнувшись. Попытался ответить мне, вслепую, но я успел увернуться, подхватил его под руку, упершись коленом в живот, перебросил через себя, тут же придавливая рухнувшего на спину Змея, ногой в грудину. — Поздняк метаться, Светик, моя взяла в том Мать сыра земля мне в свидетели, — ритуальная фраза отозвалась ветром по спарринговой арене, запуталась в разнотравье, что развесили для декора. Девчачий круг взорвался визгом и аплодисментами. Я подал другу руку, помогая подняться, похлопал по плечу, придирчиво оглядывая круг собравшихся. — Нет тут ни одной чистой, Кощей, обломись, сволочь бессмертная, — довольно хохотнул Горыныч, отходя в сторону. Медленно скользя взглядом по кругу девушек, я все сильнее хмурился. Друг, как всегда, оказался прав. Ни проблеска света в душах собравшихся, а ведь я намеренно позволил пропустить в нижний бар человечек, в нави свет искать — гиблое дело. «Твою мать, — с раздражением потёр бровь, — в который раз птица обломинго повернулась ко мне общипанным задом, в точности как вредная изба одной небезызвестной соседки»! Купальская ночь — единственная в году, когда мы способны видеть свет души. Подарок древних, чтобы легчевыбиралось, и вот — без толку потрачена. Злость волной поднялась из груди. Глаза наполнились чернильной тьмой подземного мира, стражем которого я однажды стану, сменив отца. «Неужели никого?» Я медленно поворачивался вокруг себя, пристально вглядываясь в лица. Вдруг что-то вылетело мне навстречу, буквально ударившись в грудь. Так сильно, что я сделал два шага назад, в попытках не упасть на смех всем собравшимся. Руки сами собой, инстинктивно сомкнулись на хрупком теле. — Ну ничего себе птичка прилетела, — поморщившись, стал искать глазами, кто посмел испортить мне выбор. Светка, как пить дать! Ан-нет. Смеющаяся рожа Тима маячила над головами девчонок в первом ряду. — Сука, — процедил я, понимая, что выбор сделан. Когда девушка вошла в круг, вернуть её назад и изменить свой выбор уже нельзя. |