Книга Ведьмина Ласка, страница 59 – Мию Логинова, Алана Алдар

Яким предупредил, что левая голова — самая опасная, появляется крайне редко, и в этот раз её прорыв спровоцирован воспоминаниями о подруге Ядвиги — Серафиме, которая жила в доме Бабы Яги до меня.

Очевидно, было между ними нечто такое, при воспоминании о чём, зверьё стыдливо отводило головы, а Изба, деловито кряхтя, начинала протирать стол и переставлять посуду уходя от прямого ответа. В итоге, как объяснил Вассесуарий, завершилось тем, что Сири уехала учиться в Италию аж на два года, а Горынев отпустил беспрепятственно, оставшись здесь. Хотя, всем в округе видно — зря. Как сам не свой после этого. Все видят, а он нет.

Будильник на смартфоне настойчиво напомнил, что пора бы выходить, Тимофей вот-вот должен подъехать. Он клятвенно обещал, что в “Костях” Светослав точно не потеряет контроль, там и магия Кирилла и его личная служит отличным блокатором. Было страшно, но и безумно интересно. К тому же, я очень и очень надеялась встретить там Яна. Прекрасно помня о договоре ребят, внутри теплилась надежда, что сегодня вечером мы могли бы встретиться в клубе и поговорить. Очень хотелось извиниться за свою грубость и всё же дать ему возможность объяснить свой поступок.

Нацепив единственное, что могло подойти для похода в клуб — джинсы и тонкую чёрную маечку на практически незаметных бретелях, я собрала волосы в высокий конский хвост, подвела глаза в стиле “смоки айс”, став визуально на несколько лет старше и уж точно смелее, чем была на самом деле. Интересно, понравлюсь ли я ему такая: яркая, смелая, в обтягивающих фигуру вещах. Ведь хороша-то, фигура и лицо. Не зря в универе Прекрасной называли… а вотон, интересно, оценит? А даже если не оценит и не встречу его сегодня, в таком виде ходить вместе Тимофеем не страшно. Мысль, робкой, испуганной мышкой, проскользнула в подсознании. Ну не женщина — вамп я точно, да и тусоваться особо никогда не любила, не было повода и хорошей, порядочной компании, с кем можно было по клубам ходить, без опаски для собственного здоровья и чести. Последнее я не то чтоб берегла, но и разменивать невинность на кого попало не собиралась. А там, в городских клубах, чего гляди, что-то в коктейль или даже воду подольют, не только не вспомнишь, где и с кем, а себя позабыть можно!

— Вася, готова? — голос Тима звучит взволнованно. Оно и понятно, ему следить за сегодняшней вечеринкой и надо бы не задерживаться, конечно.

Нацепив кеды, выскакиваю во двор, под одобрительный возглас:

— Ух, ну ничего себе!

— Нравится? — неожиданно приятно чувствовать к себе мужское внимание. Значит, Яну тоже понравится. Ведь так?

— Потрясно! — кивает он, пробегая оценивающим взглядом по моей фигуре. Мужской взгляд ласкает все изгибы тела, посылая россыпь мурашек. — Ну и как, скажи мне, работать, если за тобой глаз да глаз нужен!

— Я буду очень хорошо себя вести! — обещаю смеясь, усаживаюсь на переднее сиденье его автомобиля.

— В тебе-то я не сомневаюсь, а вот в гостях… Пожалуй, попрошу Ульриха приглядеть. Будешь сидеть у бара и отходить только разве что на потанцевать, идёт?

— Идёт.

— Чтоб ни с кем и никуда, Вась! Даже если будут просто подышать воздушком звать.

— Да кто там на меня позарится.

— Ой, чувствую вечер перестаёт быть томным, — ворчит Тимофей, заводя мотор и выруливая на дорогу к “Костям”. — Что ж вас, таких особенных, на наши головы всё посылает и посылает. Не тех Лихом прозвали, честное слово!